— Ты такой властный, — шепчу я у его губ, и он снова издает глухой звук, приподнимая меня так, что я оказываюсь у него на коленях.
Я вздрагиваю, но ощущение его губ и рук быстро подавляет любые остатки самоконтроля, которые у меня еще оставались.
Так вот о чем писали в книгах. Вот как это должно быть на самом деле? Это совсем не похоже на тренировку.
Мы целуемся — кажется, часами, хотя на деле прошло, наверное, всего несколько минут. Глаза закрыты, я отдаюсь волне, имя которой — Ашер Хадсон.
Он стонет:
— Ты должна перестать так тереться об меня.
Отстраняюсь. Губы покалывает, взгляд скользит к его губам, и я замечаю, какие они припухшие и розовые. Уверена, мои выглядят точно так же.
А потом до меня наконец доходят его слова, волна стыда накрывает с головой.
Ну конечно. Ему просто нужна помощь с учебой, а взамен он готов помочь подруге. А я тут ерзаю на нем, как…
Возьми себя в руки, Айви. Это же Ашер Хадсон, и ты… это ты.
Соскальзываю с колен Ашера, прочищаю горло и опускаю голову, вытирая губы, лишь бы занять руки и скрыть смущение, а потом отодвигаюсь на свою половину кровати.
— Да. Извини.
— Айви…
Игнорирую его тон — сейчас мне не нужна его жалость. Я и так чувствую себя отвратительно, не хочу, чтобы мне стало хуже. Переворачиваю книгу:
— Скажи, что тебе нужно сделать, какие задания?
Ему требуется секунда, чтобы ответить, затем с губ срывается обреченный вздох:
— Мне нужно…
Не горжусь тем, что перестаю его слушать: собственные экзистенциальные кризисы пожирают меня изнутри. Вскочив с кровати, выпаливаю:
— Я только что вспомнила — у меня дела… кое-что надо сделать. Мне нужно домой.
Устремляюсь к двери, ускоряя шаг, а Ашер окликает меня — в его голосе сквозит замешательство, которое тут же сменяется весельем.
— Это твой дом.
— Закрой за собой, когда будешь уходить, — бросаю через плечо, убегая от своих проблем.
Не слышу ни его ответа, ни шагов за спиной. Мчусь прочь из дома, к машине, и еду в сторону кинотеатра.
Я не помню ни одного поворота по дороге сюда.
Ни кольцевых развязок. Ни знаков «стоп». Ни ориентиров.
Только ощущение, будто грудь сдавило, а руки вцепились в руль так, словно, ослабь я хватку хоть на миг, — и меня сдует с дороги.
Паркуюсь криво, выскакиваю из машины, хлопаю дверью и запираю ее, не оглядываясь.
Женщина у входа смотрит на меня так, будто я сошла с ума.
Она не так уж и неправа.
Врываюсь в кинотеатр, заставляю дыхание замедлиться, и тут же задаюсь вопросом: какого черта я примчалась к сестре Ашера с проблемами про самого Ашера?
Потому что она моя лучшая подруга.
Потому что я поцеловала ее брата.
Потому что мне нужен совет от единственного человека, которому я абсолютно не могу сказать правду.
Замираю посреди фойе.
Выдыхаю.
Разворачиваюсь к выходу.
— Айви?
Все мое тело застывает.
Поворачиваюсь, натягивая улыбку, — как раз в тот момент, когда Шарлотта выходит из-за стойки с попкорном, и лицо ее озаряется радостью.
— Что ты здесь делаешь? — улыбается она. — Наконец решила подать заявку на ту работу?
Качаю головой, и ее улыбка гаснет. Она окидывает меня взглядом с головы до ног — цепким, наблюдательным, слишком хорошо умеющим меня читать. Она всегда была такой: читала меня как открытую книгу и знала, о чем я думаю, еще до того, как я успевала это произнести.
— Что случилось?
Пытаюсь проглотить волнение.
Терплю неудачу.
Подхожу ближе к стойке, опираюсь локтями на липкий ламинат:
— Ты занята?
Она фыркает:
— Всегда. У нас хронически не хватает персонала, а мой менеджер считает, что я — машина.
Словно по сигналу, за спиной раздается скрип открывающейся двери и гомон детских голосов.
Шарлотта стонет, переводя взгляд с меня на выстраивающуюся очередь:
— Прекрасно. Ты помогаешь.
— Я… что? — Мои глаза расширяются. Я перевожу взгляд с нее на только что вошедшую группу людей и замечаю, что следом идут еще.
Она хватает фартук и швыряет его в меня:
— Надевай. Улыбайся. Ничего не говори.
— Я здесь не работаю.
— Теперь работаешь, — она смотрит на меня умоляюще. — Пожалуйста.
Я открываю рот, чтобы возразить, но тут кто-то позади меня громко прочищает горло. Вздыхаю и бросаю на Чарли взгляд, ясно говорящий: ты мне должна. Она сияет.
Натягиваю фартук, оборачиваюсь к человеку за спиной и прохожу за стойку.
— Какой фильм? — сладко спрашивает Шарлотта.