Я принужденно фыркаю:
— Это хаос. Беспорядок. Это… глупая идея.
— Я не согласна. Это эффективно.
— Это беспорядок.
— Ты уже это говорила, — она закатывает глаза. — Это познавательно.
Я едва не смеюсь.
Едва не признаюсь.
Потому что именно это и происходит: репетиторство в обмен на… советы по сексу.
И причем с ее братом — из всех возможных людей.
— Может, нам стоит зарегистрироваться на сайтах знакомств? Попробовать их?
Я морщу нос от одной мысли:
— Пожалуйста, нет.
Шарлотта смеется, закатывая глаза на мою драматичность.
Звук еще одной шайбы, влетающей в сетку, так и тянет меня бросить взгляд на того, кто это сделал.
Но я не смотрю.
Шарлотта вновь закатывает глаза из-за шумных действий брата:
— Боже, он просто зверь.
Я разворачиваюсь к ней лицом и заставляю себя полностью сосредоточиться на разговоре, избегая смотреть в ту сторону, откуда доносятся все эти звуки:
— А у тебя что? Какие-нибудь интересные события в твоем мире?
И, пожалуйста, давай оставим мой мир похороненным как можно дольше. Желательно — до самой моей смерти от старости.
— Вчера вечером в театре был симпатичный парень.
Это привлекает мое внимание:
— Симпатичный — это как?
— Высокий. Каштановые волосы. Красивые предплечья. Немного неряшливый вид, — она ухмыляется. — В ковбойской шляпе.
Я фыркаю:
— Ну конечно.
— Типа… раздражающе симпатичный.
— Ты с ним флиртовала?
— Я ему улыбнулась.
— Ты работаешь в розничной торговле. Ты обязана улыбаться.
Она толкает меня локтем, смеясь:
— Заткнись. У него былоэто самое.
— Что «это самое»?
— Предплечья, — она корчит гримасу, будто ей невыносимо. — Он потянулся за кошельком, и я чуть не упала.
Я хихикаю:
— Не может быть.
— Еще как может, — она тычет пальцем в свое колено, будто оно во всем виновато. — Мое тело сказало: «Точно нет». Оно вечно меня подводит.
Я понимаю, что она шутит, но сердце все равно сжимается.
Она вдруг разворачивается, отрывает взгляд от моего лица и плавно входит в изящный, безупречный поворот.
А потом спотыкается.
Сердце подскакивает к горлу, и тут я понимаю: Ашер, должно быть, наблюдал за нами, потому что уже катит к сестре после ее оплошности.
Она отмахивается от него, но не смотрит ему в глаза:
— Все нормально, просто зацепилась за неровность на льду. Им бы уделить внимание этой проблеме.
Мы оба знаем правду, но не разоблачаем ее ложь.
— Лотти, — говорит Ашер.
Это прозвище я не слышала от него с тех пор, как они были детьми.
— Я в порядке, — она по-прежнему не смотрит на него.
— Нет, не в порядке, — Ашер не успевает сказать больше: двери катка с грохотом распахиваются, и внутрь вваливается остальная хоккейная команда.
— Ухожу, — бормочет она, словно отдает себе приказ. — Я ухожу.
Следую за ней к скамейке, держась рядом, будто мое тело само знает, что нужно ее оберегать, даже если она за это меня прибьет.
Она резко садится, кладет руки на колено, дышит прерывисто.
Я опускаюсь рядом и смотрю, как она притворяется, будто не злится.
Не получается.
Голоса команды становятся громче. Ближе. Кто-то смеется.
Плечи Шарлотты напрягаются от этих звуков.
Она ненавидит, когда кто-либо видит ее такой.
Два года назад она каталась на другом катке.
На другом уровне.
Девятнадцать лет. Национальные соревнования. Настоящие судьи. Настоящее давление. Реальный шанс — то, ради чего она упорно трудилась.
Она упала при выполнении прыжка.
Тяжелое падение. Все пошло… не так.
Разрыв передней крестообразной связки. Поврежден мениск. Разрыв медиальной коллатеральной связки.
Она восстановилась, но шанса кататься профессионально больше не будет, а это была ее мечта. И вот, спустя два с половиной года, она все еще справляется с последствиями того, как все рухнуло прямо у нее на глазах.
Некоторые травмы не заживают так, как хотелось бы. А некоторые проникают глубже, чем под кожу, и впиваются своими когтями.
Шарлотта потирает место под леггинсами, где остался шрам.
— Ненавижу, что это до сих пор так действует, — шепчет она так тихо, что слышу только я.
Я не знаю, что сказать. Тут особо нечего говорить. Поэтому я просто обнимаю ее за плечи и прижимаю голову к ее голове, позволяя ей опереться на меня, пока мы слушаем, как хоккейная команда начинает тренировку.
4
Совет четвертый: сосредоточься на голове — все ощущения зарождаются именно там.