Они не знают, что я здесь.
Я не окликаю их.
Не иду за ними.
Разворачиваюсь.
Двери снова хлопают, когда я прохожу сквозь них, на этот раз звук кажется еще громче.
Я не оглядываюсь.
Сажусь в машину.
Еду домой.
Молча.
И не плачу.
Потому что если заплачу, придется признать, что сегодня я что-то потеряла.
А я даже не знаю, что именно.
Не понимаю, грустно ли мне оттого, что, кажется, я теряю лучшую подругу — и причем из-за собственного брата, — или оттого, что все в моей жизни будто рассыпается на части.
Я ничего не могу с этим поделать.
И прямо тогда я решаю не спрашивать.