— Расскажите мне о себе, — улыбнулась ей Вирджиния. — Вы живете с родителями?
— Н-не совсем… С братом.
— А где ваши родители?
— Мама умерла в прошлом году.
— Извините меня. Это всегда горе, а особенно когда теряешь маму в таком молодом возрасте, как вы. Вам должно ее очень недоставать.
— Да, очень, — серьезно и искренне ответила Энджи и вдруг с необычайной яркостью вспомнила, как стояла у могилы матери, смотрела на опускаемый туда гроб и не испытывала при этом совершенно ничего, хотя, казалось бы, должна была переживать горе.
— А отец?
— Он ушел от нас. Уже очень давно. Мы с Джонни живем сейчас с бабушкой и дедушкой.
— Хорошо, что у вас хоть брат остался. А чем он занимается? — Вирджиния явно была в некотором замешательстве от этой грустной истории; впрочем, так и должно было случиться.
— Да, это хорошо. Мы с ним довольно близки. Джонни работает в магазине. — «По крайней мере работал. Иногда».
— А почему вы хотите получить именно это место? — внезапно спросила Вирджиния. Столь резкая смена темы и настроения немного выбила Энджи из колеи.
— Н-ну… я бы предпочла работать у женщины.
Это должно ее растрогать. Так утверждала Сьюзи.
А кроме того, это было правдой.
— И потом, мне нравятся дома. Я, конечно, никогда еще не жила в красивом доме — по-настоящему красивом. Но мне нравится читать о них. И я люблю вызнавать все о том, как и почему дома такими становятся. Красивыми. Понимаете? И еще я очень люблю переставлять все в своей комнате, украшать ее как-то по-новому, ну и так далее.
— Здесь вам придется не просто обсуждать цветовые сочетания, — проговорила Вирджиния. — Это-то как раз самое легкое. Здесь вам придется иметь дело с очень специфическими и весьма капризными людьми.
Энджи молча и вежливо смотрела на нее. Она не совсем поняла, что означает слово «капризный».
— Они способны потратить целую прорву времени — дорогого времени — только на то, чтобы постоянно менять свою точку зрения. Они сами не знают, чего хотят, или не очень уверены в этом. Однако им доставляет удовольствие думать, будто они это знают. Или же они действительно знают, чего хотят, но это… ну, что-то такое, что не будет хорошо смотреться, а значит, их надо от этого отговорить. Вот почему наша работа во многом состоит из дипломатии. Понимаете? Из того, чтобы льстить таким людям, говорить им что-то приятное, производить на них хорошее впечатление и при этом стараться понять, что же им на самом деле надо.
— Например?
В Энджи внезапно пробудилась искренняя заинтересованность. Такого рода работа была ей по душе, с ней-то она справится.
— Ну, например, клиентка говорит вам, что хочет украсить свою комнату, или квартиру, или что там у нее есть, как-нибудь очень просто. Совсем невычурно. А вы смотрите на то, как она одета — в пышную блузку с глубоким вырезом, и прическа у нее какая-нибудь броская, аляповатая, и масса всяких колец и побрякушек, — и понимаете, что на самом-то деле она имеет в виду какое-нибудь простое сочетание цветов, но чтобы при этом в квартире была масса занятных безделушек, мелочей и тому подобного. Или, наоборот, какую-то очень сложную цветовую гамму, кричащие шелковые обои на стенах, занавески из двух контрастирующих друг с другом тканей, но при этом обивку на мебели и покрывала из какой-нибудь очень простой ткани и какие-то сверхсовременные на вид вазы и безделушки. Вот и надо с ней разговаривать. Надо, чтобы она посмотрела образцы…
— А что такое образцы?
— Куски тканей, обоев. Как в тех альбомах. И если вам повезет, то на чем-то она скажет: «Да, это именно то, что мне хочется», — и едва вы вздохнете с облегчением, как она добавит: «Только нельзя ли сделать все это в голубых тонах?» Так что это действительно трудная работа, и надо запастись огромным терпением. А иногда клиенты попадаются к тому же еще и очень грубые, а вам нельзя отвечать им тем же, вы должны держать себя исключительно доброжелательно. Справитесь?
— Думаю, да, — проговорила Энджи, вспоминая те бессчетные случаи, когда Джонни за что-то выговаривал ей, ругал ее последними словами, а она стояла молча, не возражая и не отвечая, чтобы он не начал к тому же и бить ее.
— Да, и вот еще что, — продолжала Вирджиния. — Совсем забыла. Мне нужен кто-то, кто смог бы вести бухгалтерию. Сама я так плохо разбираюсь в числах, что даже время не могу назвать правильно. Я для них просто не создана. Вы сумеете вести самый простой учет? Выписывать счета, рассчитывать время, которое мы затрачиваем на каждый заказ, и тому подобное?