На следующий день он пошел в приходскую школу.
***
Когда Лудо исполнилось четырнадцать, отец Корей устроил его в школу-интернат иезуитов в Майами.
- У тебя хорошая голова, Лудовико. Имей в виду, придется потрудиться, но ты справишься. Запоминай все, чему тебя будут учить. Научись говорить по-английски, как гринго, и приезжай ко мне. Сделай так, чтобы я тобой гордился.
Лудо возненавидел интернат. Дисциплина здесь была такой строгой, что ему казалось, будто он в тюрьме. Три раза он пытался бежать, но в конце концов смирился.
Ведь он обещал отцу Корею.
В семнадцать лет он закончил школу в числе десяти первых учеников. И сразу вернулся в Сан-Хуан. Он не видел старого священника три года. В последнее время письма от отца Корея приходили все реже и написаны они были дрожащим почерком. Лудо не мог дождаться, когда увидит старого друга и крикнет, как настоящий американец: "Привет! Ну как дела?"
Но он не смог этого сделать. Отец Корей умер. Лудо был потрясен до глубины души. Напрасно ему объясняли, что отцу Корею уже исполнилось девяносто три года, что никто не живет вечно, что он скончался тихо и безболезненно.
Лудо смотрел на могилу горящими сухими глазами, сжимал в карманах кулаки.
- Как ты мог так поступить со мной! - в ярости шептал он. - Мне так много надо было тебе рассказать.
- Я знаю, - мягко проговорила Кристиан. - Со мной было то же самое. Почти то же самое...
По крайней мере тебя отец Корей не продал никому за десять военных кораблей, думала она.
- Я взял его имя. Думаю, он не стал бы возражать.
Я так до конца и не смог простить ему, что он умер. Но если кто-то и был для меня отцом, так это он.
Некоторое время оба молчали, глядя на темно-синее море с белыми барашками волн.
- А что было потом? - спросила Кристиан.
Лудо повел плечами, разминая мышцы.
- Потом? Потом был Вьетнам.
***
Лудо Корея, с детства закаленного в уличных боях, вьетнамская война нисколько не шокировала. Он не увидел никаких новых ужасов, с которыми бы не сталкивался с самого рождения. Ни тропические болезни, ни дизентерия, ни всевозможные паразиты, ни пиявки, ни пауки величиной с тарелку не были ему в новинку. С пятилетнего возраста он умел драться на ножах и не испытывал ни малейших угрызений совести, если приходилось убивать, чтобы спасти свою жизнь. Очень скоро он понял, что вьетнамская война сулит невиданные до сих пор возможности обогащения.
В девятнадцать лет - через год после отправки во Вьетнам - Лудо стал капитаном патрульного катера, курсировавшего в смертоносных водах реки Меконг. Кое-что из своих приключений тех лет он поведал Кристиан, однако ни слова не сказал ни о товарах, которые перевозил на своем катере, ни о мародерских набегах и грабежах, ни о больших выручках. Он рисковал, и ему за это хорошо платили. И все это казалось смехотворно легко. Но он не забыл белый корабль с высокими мачтами и туго натянутыми парусами, рассекающий темно-синие воды Карибского моря или зеленоватые волны Гольфстрима. А он, Лудо, совершенно один, стоит за штурвалом.
Лудо был нежаден. Он лишь хотел иметь свой корабль и не боялся тяжелой работы. Он выжил в той войне и уволился из армии с почестями и с шестьюдесятью тысячами долларов награды, помимо обычной платы.
Скоро он купил корабль и назвал его "Эспиритус либре" - "Свободный дух". Теперь он мог осуществить свои мечты о том, чтобы зарабатывать на жизнь чартером, рыбной ловлей и перевозкой товаров.
Больше он ничего рассказывать не стал, оставив Кристиан в заблуждении, что на этом и кончились его приключения.
Но старые привычки искоренить нелегко, а отец Корей больше не мог предостеречь его. И поговорить Лудо теперь было не с кем.
В 1974 году он жил в Майами, владел хорошим добротным кораблем, говорил на двух языках, разбирался в различных видах оружия. И страшно скучал.
Он понял - у него есть все необходимые задатки, для того чтобы стать удачливым контрабандистом.
Капитал его начал расти с невиданной быстротой. Он хранил деньги на различных счетах на Багамах и Каймановых островах. Еще немного времени, и у него будет достаточно денег для того, чтобы осесть и заняться легальным бизнесом. Если захочется. Да, он занимался рискованным делом, не раз ходил по лезвию ножа, но теперь сколотил достаточно денег и может выйти из игры. Именно так он и сделает.
Однако, как оказалось, он опоздал.
Однажды вечером, когда Лудо выходил из ресторана отеля "Кокосовая роща" в Майами, к нему подошли два приятных молодых человека, лет двадцати пяти, здоровых на вид, в одежде, какую обычно носят моряки.
Один - белокурый с короткой густой бородкой, другой - шатен с усами. Они остановились по обе стороны от него.