— Узнаешь?
Я улыбаюсь и провожу пальцем под пластиком, проверяя, достаточно ли там места и не слишком ли туго.
— Вот ножницы, — я показываю ей ножницы. – Я смогу освободить тебя в любую минуту.
Она выглядит успокоенной.
— Пойдем.
Взяв ее сцепленные руки, я веду ее в дальний угол, к кровати с балдахином.
— Я хочу больше — гораздо, гораздо больше, — шепчу я ей на ухо, а она смотрит вниз на кровать. — Обещаю, что все будет очень быстро. Ты устала. Возьмись за колонну.
Она хватается руками за деревянный столб.
— Ниже! — командую я. Она спускает руки вниз к основанию до тех пор, пока не наклоняется совсем. — Хорошо. Не отпускай. Если ты это сделаешь, я тебя отшлепаю. Понятно?
— Да, Сэр, — говорит она.
— Хорошо. — Я хватаю ее за бедра и притягиваю ее к себе так, чтобы она приняла правильную позу, ее красивый зад в воздухе и в моем распоряжении. — Не разжимай руки, Анастейша, — я предупреждаю ее. — Я возьму тебя сзади, очень жестко. Опирайся на колонну, чтобы удержаться на ногах. Поняла?
— Да.
Я шлепаю ее изо всех сил по попе.
— Да, Господин, — говорит она немедленно.
— Раздвинь ноги. — Я толкнул мою правую ногу к ее, раздвигая ей ноги шире. — Так-то лучше. Потом я разрешу тебе поспать.
Ее спина идеальна, каждый изгиб, каждый позвонок, от ее затылка к ее изящной, тонкой заднице. Я проследил линию позвоночника пальцами.
— У тебя такая красивая кожа, Анастейша, — говорю я. Склонившись над ней, я следую моими пальцами, прокладывая дорожку нежных поцелуев вниз по ее позвоночнику. Одновременно, я ласкаю ее грудь, захватывая ее соски между моими пальцами, и тяну. Она извивается подо мной.
Я мягко целую ее поясницу, потом посасываю и нежно тереблю ее соски.
Она скулит. Я останавливаюсь и отхожу назад, чтобы полюбоваться видом, с растущим возбуждением, от простого взгляда на нее. Потянувшись за вторым презервативом из кармана, я быстро сдернул джинсы и стал открывать конвертик из фольги. Я натянул его обеими руками.
Я бы хотел опробовать эту задницу. Сейчас. Но для этого слишком рано.
— У тебя такая очаровательная, сексуальная попка, Анастейша Стил. Я столько всего хочу с ней сделать!
Я глажу руками по каждой ягодице, лаская их, затем проникаю внутрь нее двумя пальцами, растягивая ее.
Она опять хнычет.
Она готова.
— Как здесь влажно! Вы не разочаровываете меня, мисс Стил! Держись крепче, детка, это будет недолго.
Сжимая ее бедра, я останавливаюсь у входа в ее влагалище, затем дотягиваюсь, хватаю ее за косу, накручиваю ее вокруг запястья, и держу крепко-крепко. С одной стороны она вокруг моего члена, а с другой вокруг ее волосы, я вхожу в нее.
Она. Такая. Черт побери. Сладкая.
Я медленно выскальзываю из нее, затем хватаю ее за бедро свободной рукой и сильнее тяну за волосы.
Сабмиссив.
Я резко вхожу в нее, заставляя ее податься вперед с криком.
— Держись, Анастейша! — напоминаю я ей. Иначе она может удариться.
Затаив дыхание, она пододвигается обратно ко мне, сжимая ноги.
Хорошая девочка.
Тогда я начал вбиваться в нее, она сдавленно всхлипывает, цепляясь за колонну. Но она не отступает. Я чувствую отдачу.
Браво, Ана.
И тогда я чувствую это. Медленно. Она вся сжимается вокруг меня. Теряя контроль, я вбиваюсь в нее очень глубоко.
— Давай, Ана, для меня! — я рычу, я кончаю сразу вслед за ней, как будто продлевая ее, удерживаю ее после освобождения.
Взяв ее руки в свои, я опускаюсь на пол, Ана на мне, мы оба смотрим в потолок. Она совершенно расслабилась, истощена, несомненно; ее тяжесть желанна и комфортна. Я смотрю на карабины, интересно, позволит ли она мне подвесить ее… Наверное, нет.
И мне все равно
Наш первый раз здесь, и она была мечтой. Я поцеловал ее за ухо.
— Подними руки. — Мой голос был хриплым. Медленно, она поднимает их, как будто они налились бетоном, и я завел ножницы под кабельную стяжку.
— Я объявляю Ану открытой, — бормочу я, и разрезаю кабельную стяжку, освобождая ее. Она хихикает, ее тело трясется, прижавшись к моему. Это странно и приятное ощущение, заставляет меня ухмыляться.
— Какой прекрасный звук, — шепчу я, а она растирает свои запястья. Я сажусь так, что она оказывается у меня на коленях.
Мне нравится смешить ее. Она прекращает смеяться.
— Это моя вина, — признаюсь я, и растираю ее плечи и руки. Она поворачивается лицом ко мне с усталым, изучающим взглядом.
— Что ты так редко смеешься, — уточняю я.
— Я вообще мало смеюсь, — говорит она и зевает.
— Да, мисс Стил, но от вашего смеха душа наполняется радостью.
— Какой изысканный комплимент, мистер Грей, – говорит она, дразня меня.
Я улыбаюсь.
— Я бы сказал, что ты оттрахана по полной программе, и теперь тебе нужно поспать.
— А вот это совсем не комплимент, – она насмешливо меня ругает.
Поднимая ее с колен, так чтобы я мог встать, я поднимаю джинсы и натягиваю их.
— Не хочу напугать Тейлора или миссис Джонс.
Такое уже бывало.
Ана сидит в сонном оцепенении на полу. Я обхватываю ее за плечи, помогаю ей встать и отвожу ее к двери. С крючка на двери я хватаю серый халат и одеваю ее. Я ей помогаю; она действительно обессилена.
— А теперь в кровать, — я объявляю, целуя ее быстро.
Тревога пробегает по ее сонному лицу.
— Чтобы поспать, – я успокаиваю ее. И наклонившись, беру ее на руки, прижимаю к груди, и несу в комнату саб. Там я отдернул одеяло и уложил ее, и в момент слабости залез в кровать рядом с ней. Накрывая нас обоих одеялом, обнимаю ее. Я просто полежу рядом с ней ее, пока она спит.
— Спи, моя красавица, — я целую ее в волосы, чувствуя себя донельзя насыщенным... и благодарным. Мы сделали это. Эта милая, невинная женщина, позволила мне. И я думаю, что ей это понравилось. Я знаю, что я сделал... больше, чем когда-либо прежде.
«Мама сидит, смотрит на меня в зеркало с большой трещиной.
Расчесываю ей волосы. Они мягкие и пахнут мамой и цветами.
Она берет щетку и накручивает на нее волосы.
Они вьются как змея вниз по ее спине.
Там, говорит она.
И она поворачивается и улыбается мне.
Сегодня она счастлива.
Мне нравится, когда мама счастлива.
Мне нравится, когда она улыбается мне.
Она выглядит красиво, когда она улыбается.
Давай испечем пирог, червячок (Maggot).
Яблочный пирог.
Я люблю, когда мама печет».
Я просыпаюсь вдруг, сладкий аромат вторгается в мои мысли. Это Ана. Она крепко спит
рядом со мной. Я ложусь на спину и смотрю в потолок.
Когда я спал в этой комнате?
Никогда.
Мысль нервирует, и каким-то непостижимым образом это заставляет меня волноваться.
Что происходит, Грей?
Я сажусь осторожно, не желая тревожить ее, и смотрю вниз, на ее спящее тело. Я знаю, что это такое — я спокоен потому, что я здесь с ней. Я поднимаюсь с постели, оставив ее спать, и возвращаюсь в игровую комнату. Там я собираю использованные кабельные стяжки и презервативы и прячу их в карман, где нахожу трусики Аны. Со стеком, ее одеждой, и ее обувью в руках, я вышел и запер дверь. Вернувшись к себе в комнату, я повесил ее платье на дверь шкафа, поставил ее обувь под стул и положил бюстгальтер сверху. Я беру ее трусики из кармана — и идиотская мысль приходит в голову.
Я отправляюсь в ванную. Мне надо принять душ, прежде чем мы поедем ужинать с моей семьей. Я дам Ане поспать подольше.
Горячая вода из душа каскадами льет на меня, смывая все тревоги и беспокойства, которые я чувствовал раньше. Для первого раза это было не плохо, для нас обоих. И я раньше думал, что отношения с Аной невозможны, но сейчас будущее представляется вполне возможным. Я делаю мысленную заметку позвонить Кэролайн Эктон утром, чтобы помогла одевать мою девочку.