Но чужие слова оказались правдой. Кроме того, что Эдриан просто не готов был так рано становится новым главой, да еще и после смерти матери, он так же боялся, что где-нибудь ошибется, из-за чего умрут невинные люди. Грейвендор смотрел на Кевина, будто бы видя в нем взрослого человека, который осознает серьезность всей ситуации. Эдриан был уверен, что если бы тот стал новым главой, то корпорация поднялась бы с ног. И все же, эта ответственность лежит не на плечах Сардена.
— Я не могу, — тихо произнес Эдриан, пряча глаза в пол.
— Вы не не можете. Вы не хотите что-либо менять. Мой отец тоже умер. Ушел и не вернулся домой. А я ждал его, — Кевин сжал кулаки. По его лице было видно, как он испытывает некую ненависть к Эдриану. Но за что именно, оставалось лишь гадать. — И я почему-то смог пойти по стопам отца. Смог встать и начать жить. А вы почему не можете? Потому что слабы.
Это звучало как нож в сердце. Эдриан мечтал, чтобы все его тревоги ушли, чтобы он стал новым главой и смог забыть про то, как еще недавно держал мать за руку, пока она медленно умирала в своей кровати. От этих воспоминаний слезы наворачивались. Он замкнулся в себе, не желая видеть ни одного из рабочих в КМУ, ни родную сестру. Как бы печально это не звучало, но Эдриан просто не в силах справится со своими переживаниями. Теперь он стоял так, будто бы является маленьким мальчишкой, которого отчитывают за хулиганства. Кевин скрестил руки на груди, больше не говоря ни слова. Молчание душило. Но еще больше душили чужие слова.
Безвыходная ситуация подошла к концу. Кевин упомянул напоследок, что готов помочь, только если Эдриан приведет себя в порядок и начнет здраво мыслить, а затем ушел по коридору в неизвестном направлении. Как ни странно, но молодой глава не знал полностью это здание. Он ходил лишь из кабинета в кабинет, запираясь в каморке или в туалете. Звучало так себе, но он привык.
Эдриан медленно повернул голову в сторону большого окна, откуда светило солнце. Странно. Он никогда не замечал, что в коридоре есть панорамные окна. Через них проходил свет прямо в лицо. Глаза больше не зажмуривалась. Солнце медленно всходило. Мурашки прошлись по коже, а сам Эдриан будто бы ожил. В голове сразу вспомнилась семья. Как они все вместе лежали на траве и смотрели на восход солнца. Мать держала на руках маленькую Эмили, а отец приподнимал его. Эти объятия почувствовались на плечах. Эдриан вздрогнул и потрогал свои плечи. Не найдя там чужих рук, он с тоской продолжил смотреть на рассвет, который так завораживал. На лице появилась легкая улыбка. Он будто бы проснулся после долгого сна. И кто знает, может быть это новая глава в его жизни.
Новая. Но как тогда забыть старую?
***
Одежда Эдриана была чистой и поглаженной. Его волосы перестали быть растрепанными, но синяки с глаз не убрать. Хотя по словам Кевина, он стал более похож выглядеть на человека. Это одновременно оскорбляло и вдохновляло продолжать в том же духе.
Теперь они вдвоем сидели в кабинете. Кевин осматривал бумаги, накопившиеся за столько времени. Очередная не тронутая еда от сестры стояла на столе и остывала. Кевин посмотрел на Эдриана. Тот лишь пялился в окно, где солнце уже давно встало и светило на них. Было странно, что их отцы очень хорошо общались, и часто гостили друг у друга, но ни Эдриан, ни Кевин не виделись еще. Возможно, они когда-то пересекались, но не придали этому значение.
— Вам оружие досталось от отца? — спросил Кевин, все рассматривая бумажки на столе. Где-то был написаны жалобы людей на монстров в лесу. Где была информация о смертности. Все они скопились за это время и лежали без толку.
— Мой отец подарил мне меч, скованный специально для меня. Сказал, что реликвия семьи не должна передаваться из поколения в поколение, а создаваться под человека.
— Вы умеете им пользоваться?
— Я... не знаю.
Эдриан сжался. Было стыдно признавать, что он не владеет ни одним приемом. Натаниэль много с ним тренировался, но все тренировки были как правильно вести себя во время боя. Как дышать, когда тебя ранили, и держать оружие в руке. Да, он смог выучить один прием, но наверное даже Кевин будет превосходить самого главу по силе.
Эдриан поднял голову и увидел как Сарден протянул ему руку. На лице нового Слота образовалась легкая улыбка. Чтобы это могло значит, Грейвендор в душе не знал. Только вот почему то фигура Кевина успокаивала. С ним будто бы было безопаснее. На них обоих светило солнце но уже более ярче, чем тогда. Запах тепла и спокойствия хлынул в нос. Хотелось задохнуться в нем.
— Сразитесь со мной, Эдриан Грейвендор.