Эмма старалась не думать об этом. Ее отец – бывший морпех, смог бы оказать достойный прием любому бандиту, а тут...
Тонкие двери шкафа раскрылись под действием неведомой силы. Эмма занесла руку с «оружием» и уже хотела обрушить свой страх и гнев на неизвестного врага, но вдруг замерла, словно кукла, и выронила статуэтку. Дисплей мобильника медленно потух, будто из него вытянули всю энергию. Комната погрузилась в непроглядный мрак.
Когда на улице снова появилось электричество, на лице девочки возникла злобная ухмылка. Родители очнулись и выглядели как медведи после зимней спячки. В каком-то непонятном состоянии они встретили двух полицейских, примчавшихся на несколько минут раньше. Сказав, что все в порядке, отец позвал Эмму, дабы стражи порядка убедились во всем сами. Дочь приветливо улыбнулась, пожала плечами, мол, приснился кошмар, вот и позвонила в 911. Мама с папой дружно закивали. Патрульные извинились за беспокойство и продолжили ночную смену.
Эмма фыркнула, наблюдая из окна за восходом солнца, и задернула шторы.
***
Небо приобрело светло-оранжевый оттенок. Тетя незаметно появилась на кухне и, как всегда, начала умело управляться с плитой. Дом затопило чудесным ароматом французской ватрушки. Грейс не обратила внимания на это – она закрылась в ванной комнате и старалась дышать глубже.
Кружка ударилась о кафельный пол и раскололась на несколько кусочков. По полу разлился молочный коктейль.
Грейс осматривала в зеркале уши: заостренные, немного вытянутые….
– Грейселинн, ты чего там? – девочка услышала голос тети; ее слова прозвучали так ясно, будто она стояла совсем рядом.
– Я… еще много времени… успею… – пораженная своим новым видом, Грейс едва выговаривала слова, стараясь понять, что произошло с ней всего за несколько часов. Отворачиваясь от зеркала, она смотрела на струю воды из крана, боясь перевести взгляд на отражение. И тут кое-что вспомнила.
В своих видениях она не обращала внимания на внешность родителей; по очереди наблюдала за ними, будто переключалась с канала на канал. Когда странники бежали по деревьям, очень сильно переживала и была готова в мгновение броситься на помощь, поэтому не замечала деталей их внешности.
А голограмма, спроецированная кулоном, была довольно размытой и нечеткой, хотя девочка успела сравнить свою улыбку с маминой: та была точь-в-точь как у Алэйры– яркой и жизнерадостной.
Девочка попыталась выстроить точный образ, и внезапно получила желаемое; сначала все окрасилась в темно-зеленый цвет; затем прямо в ванной комнате выросли громоздкие деревья, заслонив могучими, густыми ветками свет лампочки на потолке. Девочка явственно увидела пробирающихся сквозь лесной сумрак двух странников.
«Видение? – задалась вопросом Грейс и потопталась на месте, ощущая босыми ногами холодную траву. – Чересчур натуральное. Это Зеленый Дом!..»
Трава светилась, словно была сделана из фосфора. Благодаря этому ночь в лесу казалась неестественной.
Над головой маячили сверкающие точки – десятки, а то и сотни светлячков.
Алэйра и Ноа приближались. Сердце забилось с бешеной скоростью. Грейс протянула руки, надеясь, что удастся заключить близких в крепкие объятия, но родители прошли сквозь нее, как сквозь призрака. Ее руки чуть не отвалились от безысходности, и она с невыносимой грустью опустила их. Но! Успела рассмотреть под капюшонами путников заостренные уши.
Так значит...
Лес вокруг померк: деревья и трава исчезли; Грейс снова оказалась в ванной комнате. И ей стало гораздо легче.
Старательно прикрыв уши волосами, поспешила завтракать.
Пегги решила сама отвезти ее в школу.
***
Племянница следила за проплывающими домами, автомобилями, пешеходами. Особое внимание уделила деревьям. Под древесной корой происходили необычайные процессы: жизнь внутри замедлилась, влага едва перемещалась от корней до ствола, затем к ветвям. Всю дорогу она наблюдала за растениями и пришла к выводу, что таким образом они готовятся к зимней спячке. В «National Geographic» говорилось, что осенью все процессы жизнедеятельности дерева начинают «тормозить», накапливая своего рода защитные вещества, чтобы внутри снизилась вероятность образования льда. Так или иначе, даже самые сильные деревья не смогут воспрепятствовать замерзанию влаги внутри. Грейс знала об этом, только вот никогда в жизни не видела ничего подобного наяву. Смотреть сквозь деревья! Любой ученый-ботаник позавидует.
У школы тетя встретила маму Эммы. Они оживленно беседовали, пару раз посмеялись и разошлись.
– Иди. Все будет хорошо, – сказала Пегги, поцеловав племянницу в лоб.