Восходящая набросилась сзади и стала колотить руками по спине; отбросив девочку в сторону, Она сначала не поняла, что это Звезда, но потянув ноздрями, бросила Неукротимую и погналась за новой добычей.
Грейс от страха сжала кулон. Сумеречная шла на нее.
«Мама, что мне делать?»
«Беги, беги!»
Что-то стукнуло сумеречную в затылок – она медленно повернулась и подняла камень. Изучив его запах, эльфийка обратилась к испуганному Ричи; тот со всех ног рванул куда глаза глядят, лишь бы не видеть эту мрачную гадюку, но что-то потянуло его назад… Холодная рука вцепилась за шиворот, Ричи вскрикнул и упал на спину.
В этот момент Раинер махнул шестом, но сумеречная опередила его, ударом ноги расколов посох. Щепки брызнули в разные стороны, по телу эльфа пробежала дрожь; он даже не успел понять, что произошло, как ощутил жгучую боль в груди – темная нанесла финальный удар. Окаменелый Ричи не шевелился, словно на него взглянула медуза Горгона.
Неукротимая зашлась хриплым кашлем, отползая ближе к Защитнице.
Изумрудный приготовился к очередному выпаду.
– Ты помнишь… – тяжело прохрипел он. Вибрации его сердца участились, они задевали Ее, обволакивали всё тело и пробуждали непонятное, противное, но близкое чувство.
Внезапно Она не стала нападать. Ноздри вздувались, как у быка, увидевшего красное полотно. Казалось, Она над чем-то думает, хотя в Ее природе это было невозможно.
– Не сдавайся, борись со злом внутри. Я верю в тебя, – говорил Изумрудный.
Он хотел коснуться ладонью Ее лица. Она перехватила его руку и сжала с такой силой, что тот пал на колени.
Она вынула из-за спины меч цвета смолы и замахнулась. Сердце Изумрудного отбивало чечетку.
– Если ты когда-то любила меня, то не станешь причинять боль.
– Ты победишь, – продолжал он уже шепотом. – Вспомни, как мы…
Резкий выпад. Раинер зажмурился. Сначала приоткрыл один глаз, затем второй. Кинжал Защитницы встретился с Ее черным клинком.
– Сумасшедший! – сорвалась на крик Защитница и, ударив Ее лбом прямо в лицо, пошла в нападение. Кинжал Защитницы был в левой руке, отчего сражаться было крайне неудобно и рискованно, но она билась настолько яростно, что салют искр взрывался при каждом столкновении металла.
«Откуда Защитница берет силу? Она слаба. Что-то придает ей силы. Возможно, мысль, что Восходящая много значит для всех миров».
– Илария, пожалуйста, не рань Ее! – жалостливо попросил Изумрудный. Защитница промолчала.
Восходящая помогла Яростной подняться.
Кто-то приказал Ей поддаться. Голоса. Они шептали: «сдайся, притворись, а потом…»
Движения Пегги, Вирсавии и Раинера стали вялыми; усталость тяжелым свинцом разлилась по их телам.
– Бегите к лесу, мы задержим ее! – переведя дух, закричала Пегги.
– Нет! – отрезала Грейс. – Я не пойду без тебя!
– Бегом!!!
Грейс нехотя повернулась и бросилась в сторону леса. Она знала, что кто-нибудь, кто остался позади, может погибнуть, но боялась оборачиваться, иначе бы сердце заставило вернуться.
Раинер, прихрамывая, оттеснял сумеречную подальше от остальных, едва сдерживая удары. Пегги навалилась темной на спину и бросила ей в лицо золотистую пыльцу, которая тут же попала в глаза и нос. Пыльца имела веселящее свойство, но никто не думал, что темная засмеется... Эльфийка оскалилась и беззвучно захохотала, ее лицо дергалось, алый цвет глаз слегка потускнел, а зрачки бешено затанцевали по кругу.
Спустя минуту она застыла, как будто робот, из которого вытащили батарейку. Видимо, теперь она не могла по запаху определять, кто находится рядом.
«Она слышит дыхание, – мысленно предупредила Пегги. – Задержите воздух как можно дольше, и приготовьте Лунное лассо».
Раинер и Вирсавия кивнули. Последняя достала из-за спины серебристую нить и кинулась на противника.
Тем временем Грейс и Ричи со всех ног мчались к лесу: зеленая стена хвойных деревьев становилась всё ближе и ближе. Грейс даже увидела незримую стену – то была словно бледная дымка, укрывавшая лес.
– Видишь барьер? – спросила девочка.
– Какой еще барьер? – Ричи пробежал сквозь стену и остановился. Видимо, для человеческого глаза магическая стена была непостижима.
Грейс сбавила темп и приготовилась ступить на территорию Дома, как вдруг ее отбросило на три метра назад. Ричи в этот момент чесал затылок, всматриваясь в темень дремучего леса. Со стороны Грейс он выглядел немного смазанно, как на абстрактной картине, написанной маслом.