«Вообще-то, я вчера вывел тебя из-под возможного удара вашего гребаного кровника». Говорить такое я, разумеется, не стал, а вместо этого хамски пощупал кончик косы, которую Кристина не успела отдёрнуть от моей груди. Тоже тайна еще та, о которой жена вовсе не горит желанием распространяться, лишь как-то буркнув, что это не Метода. Про само врожденное заклинание рода Терновых она тоже мне ничего не говорила.
— Отец что-либо уже отписал о княжестве? — поинтересовался я у возмущенно запыхтевшей девушки, таки отнявшей часть своих подвижных волос.
— Нет. Давай собираться уже, Кейн. Мы опаздываем.
— Так мы же сегодня просто идем…
— Я сказала — мы опаздываем!
Дело о «чудовищном оборотне» вызывало у бывшей Терновой живейший отклик, так что спорить я не стал, а начал собираться. Городу грозила натуральная катастрофа.
На обычного оборотня, прекрасно известного обитателям Сердечника, как именовали эту Землю, существо было не похоже совсем. А похоже оно было на молодого высокого человека, очень привлекательного внешне, но каждый раз — разного, что было ясно по показаниям жертв. Этот самый молодой и красивый знакомился с жертвами (привлекательными женщинами) в каком-нибудь приятном заведении уже почти под ночь, быстро оказывался приглашен на просмотр коллекции марок заинтересовавшейся им особы, а придя к ней домой или в номер — вступал с нетрезвой женщиной в самую обычную половую связь. Правда, как кисло и отдельно отметил Ежов, чрезвычайно высокого качества связь. Вымотав любовницу до потери сознания, кавалер исчезал в неизвестном направлении.
А наутро достойная женщина обнаруживала у себя некоторые изменения в организме. Проще говоря, некоторые части её тела превращались в мужские… сразу. А остальные (т. е. вся остальная дама) грозили превратиться тоже, но гораздо медленнее и позже.
Жертвы? А как же. Уже четыре женщины, попавших в такую лютую передрягу, наложили на себя руки. Конфуз, скандал, бесчестье. А ведь это у нас культурный город, сюда народ со всей Руси приезжает проникнуться культурой, отдохнуть душой, напиться, уколоться, снюхаться, трахнуться…
Так что «оборотня» искали с мигалками и облавами, но без освещения в прессе. Репортеров из скандальных газетенок запугали вместе с их редакциями, поэтому никто в это дело нос не совал. Награда за подтвержденные сведения о оборотне уже дошла до семидесяти тысяч рублей, что опять-таки возбуждало многих. Правда, был один момент, из-за которого матёрые следователи, ревнители и даже волшебники пребывали в полной растерянности — жертвы гендерного превращателя, как и их отверстия, не показывали ни малейшего следа магии или алхимии!
— Ежов сказал нам что? — риторически спросил я небо при приближении выходящей из дома супруги, — «Ходите, спрашивайте». А что это значит? Правильно. Ни у кого нет ни малейшего понятия, каким образом это всё случилось.
— Мы приложим все усилия, Кейн, — Кристина, крабом вцепившись мне в руку, мрачно зыркала по сторонам, — Эту кошмарную тварь нужно остановить!
— Конечно, приложим, — невозмутимо ответил я, устраивая руку девушки поудобнее, — А если что-то найдем, то подождем, пока цена за информацию не вырастет…
— Только попробуй так поступить! — тут же озверела чересчур благородная княгиня, — Ты… ты…! Ты дурак. Мы на службе, Кейн. Нам — не заплатят!
— Азова подключу, — кивнул я в сторону академии, — Вообще не вопрос.
— Дайхарррд!
— Почему тебе отец не звонит, а, дорогая? — коварно пресек я рычание супруги, — У тебя «княжье слово», а они уже сколько там? Хочешь, подскажу, почему разговорник молчит?
— Не надо, — насупилась девушка.
Ёж животное удивительное. Если ему всё ясно, то и окружающим тоже. Если Тернов-старший не связывается с дочерью — значит проблемы в новоявленном княжестве умопомрачительные, хвастаться нечем. А обременять ими человека, буквально отдавшего им без прений всю власть, или дочь, пожертвовавшую самым дорогим ради возвышения семьи — опять-таки против законов чести. Что нужно для решения проблем? Деньги. Они есть у двух ревнителей на государевой службе? Нет.
Вот такая вот загогулина.
— У тебя есть идеи, куда нам сначала отправиться? — перевела тему Кристина.
— Только одна, но мне туда одному нужно, — откликнулся я, вышагивая по тротуару с женой под ручку, — В бордель, вестимо. Хочу узнать точно ли всё началось с благородных дам, любящих загулять…
— Уму непостижимо, — закатила глаза бывшая Тернова, — Муж сообщает жене о том, что намерен посетить бордель…