- Я тоже не могу найти подходящий момент.
- Разве не ты убеждал меня, что надо решиться?
Алекс вздохнул:
- Кажется, мне уже не хочется возвращаться к этому. Сижу себе в конторе и выдаю шедевры вроде рекламы полировочного средства для машин "Блеск без проблем", потом прихожу домой, сажусь писать, а в голове ни одной мысли.
- Но, Алекс, драматургия - твое призвание. Дорогой, речь идет о твоем незаурядном таланте. Не растрачивай его попусту.
Алекс печально улыбнулся:
- Вообще интеллект преступно растрачивать попусту.
- А что говорит Тори? Разве она не хочет, чтобы ты писал?
- Конечно, хочет.., чтобы я писал тексты для рекламы. Она считает, что у меня к этому большой талант. Не суди ее строго, Джуно. Тори любит свое дело и делает его хорошо. В агентстве она самый молодой режиссер.
- Я ее не сужу, Алекс. Тори - замечательная женщина, очень красивая и превосходная хозяйка...
- Да, ей везет во всем. И все у нас хорошо. Кроме меня.
- Ах, Алекс, я не узнаю тебя. Неужели ты жалуешься на судьбу? Тебя временно заклинило, это случается с каждым творческим человеком. Но ты прорвешься, только не опускай руки и продолжай работать.
- Понимаю, мамочка. Хочешь стать моей музой, сидеть у меня на плече и вдохновлять писателя?
- С радостью. Вот только вес немного сброшу.
В половине четвертого утра на Мэдисон-авеню не было ни одного такси. Они шли медленно, поглядывая на освещенные витрины магазинов и на дорогу не покажется ли машина. Наконец рядом с ними притормозил старый громыхающий драндулет. Алекс открыл для Джуно дверцу.
- Очень рад, что повидал тебя. - Он притянул ее к себе. Губы их встретились. Безумное желание охватило Джуно, и она, крепко прижавшись к Алексу, забыла обо всем на свете.
- Эй, вам нужно такси? - окликнул их водитель.
Они смутились.
- Ну что ж, - сказала Джуно, - доброй ночи.
- Доброй ночи.
- "Плаза", - сказала она водителю, помахала рукой Алексу и откинулась на спинку сиденья. Машина ехала по безлюдной улице. Охваченной печалью Джуно стало вдруг жаль их всех.
***
За последние несколько недель Джуно объехала множество городов Америки, однако увидела очень мало.
Странно, но большие и маленькие города слились для нее в одну размытую картину, так что она уже не ощущала различия между Филадельфией и Буффало, Кливлендом и Детройтом, Атлантой и Бирмингемом. Джуно не видела ничего, кроме залов и стадионов, открытых эстрад в парках, осветительной аппаратуры и звукоусилительных систем, сцен, лимузинов и вертолетов, телохранителей, фургончиков, артистических гримерных да гостиничных номеров. Билеты на все выступления были распроданы на много дней вперед. В каждом аэропорту, гостиницах и мотелях их встречали толпы восторженных юнцов, рвущихся сквозь заслоны к своим кумирам. Они орали, рыдали, топали ногами независимо от того, приехала группа или нет.
"Тьерру" доставлял из города в город частный реактивный самолет "Гольфстрим". Группу сопровождали технический персонал, менеджеры, бухгалтеры, представители студии грамзаписи, юристы, телохранители, репортеры, фотографы, поставщики наркотиков, жены, любовницы, детишки, избранные фанатки, специалист по иглоукалыванию и массажист, а также Брэд Чанг, известный режиссер-документалист, три его оператора и звукооператор.
Последние снимали выступления Гарта Мичема и интимные эпизоды из его жизни.
"Женщина с Дикого Запада" стала хитом сезона. С тех пор как Гарт впервые исполнил песню в "Мэдисон-Сквер-Гарден", ее слава бежала впереди группы. Компания звукозаписи, не теряя времени, выпустила диск.
Теперь, где бы ни появлялась группа, фанаты в кожаных пиджаках, отделанных кожаной "лапшой", в ковбойских стетсонах надрывались от крика, требуя спеть эту песню.
Из-за этого Шеп подтрунивал над Джуно, звоня ей по несколько раз в неделю.
- Я и всегда считал тебя экзотичной, но сейчас это перешло все границы. Мне скоро придется носить стетсон даже в офисе.