На этот раз они занимались любовью с нежностью.
Гас не спеша исследовал ее тело, отыскивая места, прикосновение к которым доставляло Джуно особенно острое удовольствие: ямочки возле горла и в паху, на ягодицах и у основания позвоночника. Он вошел в нее, не закрывая глаз, двигаясь в разном ритме, с любовью наблюдая за выражением ее лица и наслаждаясь реакцией Джуно.
- О Боже! - пробормотала она, улыбаясь ему. - Ты меня избалуешь.
- Позволь мне тебя избаловать. Тогда мы избалуемся оба. Ты самая прекрасная женщина на свете!
- Нет.., ты просто не смотрел на других. Здесь много красивых женщин.
Он сделал движение, от которого Джуно вскрикнула и, приподнявшись, крепко прижалась к нему. Через мгновение их тела, содрогаясь, замерли.
***
- Ты должна поехать со мной. Неужели отпустишь меня одного?
- Гас, я не могу. Но почему бы тебе не остаться?
- Над твоей и моей репутацией нависла угроза.
- Никто не узнает. Я спрячу тебя. Мы будем заниматься любовью целый день, а вечером я буду уходить на работу.
Он поцеловал ее:
- Я стану твоим пленником. Пленником любви.
- Неплохо. Мне это нравится.
- Я буду готовить для тебя вкусные блюда, а потом, когда ты вернешься, устроим пир и займемся любовью.
- Едва ли нам удастся сохранить это в тайне. Все сразу заметят, что я счастлива и удовлетворена. Сколько ты сможешь пробыть здесь?
Гас вздрогнул и, положив руку ей на бедро, печально покачал головой:
- В пятницу я должен быть в Берне.
- Что ж, тогда никто не успеет заметить, что я счастлива и удовлетворена.
***
В пятницу утром Джуно отвезла Гаса в альгерский аэропорт. Туда было несколько часов езды, но они решили не появляться в расположенном гораздо ближе ольбийском аэропорту, где могли встретить знакомых.
На обратном пути Джуно думала о Гасе и о четырех днях, проведенных с ним. Лидия оказалась права: все было замечательно. Связь с Гасом вывела ее из затянувшейся хандры. Но теперь он уехал.
"Между нами ничего не кончилось, - сказал Гас в машине. - Я буду писать и звонить тебе. Мы обязательно увидимся". И еще он сказал, что любит ее.
Гас рассказал ей о Нине. Джуно поняла, что он так же одержим своей женой, как и Нина им. Однако связывающее их чувство было трудно назвать любовью. Гас иногда ненавидел жену, всецело подчинившую его себе - и эмоционально, и материально. Видимо, сначала их отношения носили романтический характер, но частые посещения швейцарской клиники вызвали у Нины странные изменения в психике.
Гас сказал, что любит Джуно, но чем ближе они подъезжали к аэропорту, тем сильнее она ощущала его отчуждение. Еще не попрощавшись с ней, он был мысленно уже на пути к Нине.
Флоринда все-таки оказалась права. Ей не следовало связываться с Гасом Палленбергом.
Глава 30
Ветер с неистовой силой обрушивался на "фиат", когда они ехали вдоль побережья от Ольбии до Лискии-ди-Вакка.
- Ну и ну, Джуно... Неужели здесь всегда такой ветер? - Лидия подняла стекло в машине.
- Он дует несколько дней, потом стихает. Скоро успокоится.
- Мама.., мама!.. Посмотри на деревья!
- Александра, говори по-английски. - Лидия взглянула на Джуно. - Через несколько недель мы отправимся в Нью-Йорк навестить моих родителей.
- Ну посмотри же на деревья, мамочка! Они же согнулись!
Джуно рассмеялась:
- Ветер не позволяет им распрямиться.
- Моей прическе тоже досталось, - вздохнула Лидия.
Когда они свернули к вилле, снятой Лидией в Лискии-ди-Вакка, ветер почти стих. Вилла была расположена у зеленого склона холма и выходила окнами на небольшую бухту с песчаным пляжем.
- О, как здесь красиво! - воскликнула Лидия. Они вышли из машины, и трое детишек в сопровождении нянюшки сразу же отправились осматривать берег.