Страшно даже представить, что может случиться дальше.
Толпа ликовала, никто даже не понимал истинного смысла всего этого. Решалась судьба империи, а люди просто радовались красивому зрелищу. Оно и понятно.
Правительница разума направилась к месту императрицы. Отсюда идти недалеко, им необходимо как можно быстрее добраться до неё, чтобы не позволить вынести поспешного решения.
Сейчас весь народ на стороне герцогини, но это лишь начало. Среди трибун рыскали рыцари в чёрных доспехах. И, кажется, они шли в их сторону. Один так и вовсе показал пальцем, после чего воины ускорились.
Валтейн шёл вслед за Фризеттой. Они пробирались через толпы людей. В такой момент каждый имел наглость подняться и скандировать победителю, из-за чего нормально проходить удавалось весьма неудобно. В один момент представители библиотеки начали их раскидывать в разные стороны. У них не было времени на подобное.
Слышались злобные крики и недовольство.
Между этим Фрактэшла смотрела в сторону арены. На Эллен, которая по-прежнему оставалась на месте. Совсем недавно произошла поразительная картина. В один момент глава армии была повержена. Одним точным и молниеносным выпадом.
Даже охотница на драконов не смогла бы его принять и также склонила бы колени. Мощь, превосходящая самих драконов. Неужели человек может быть настолько силён? Нет... Может ли она быть малой Катастрофой или... Катастрофой?
Пока волнения пламенем расходились по арене, императрица поднялась с кресла. Её глаза дрожали, зрачки сузились до мелких размеров.
— Ваше Величество... — обратился к ней Шитро.
— Ничего не говори. Я и сама знаю. Она ясно дала понять свою позицию. — сглотнув слюну, проговорила Фэрил. Теперь нет никаких сомнений. Герцогиня не отступит и, скорее всего, она также не сможет повлиять на неё.
Теперь нет никакой власти у императрицы в империи. Сейчас Розанвалис решает судьбу империи. Это бред. Настоящая наглость.
— Неужели ты с самого начала не собиралась сдаваться?! Неужели у меня с самого начала не было выбора?! — процедила сквозь зубы императрица с клубившейся внутри груди яростью.
Но что пугало больше всего, герцогиня смотрела прямо на неё и ждала. Ждала решения, которое не повлечёт за собой кровопролития в столице.
***
На самой арене герцогиня продолжала стоять. Она ничего не делала, спрятала меч в ножны и наблюдала за происходящим. Люди кричали её имя, превозносили. Многие уважали её, многие любили. Даже зная, что когда-то ей пришлось сотворить множество сомнительных действий, никто особо не осуждал оную в этом.
Для них герцогиня всегда являлась щитом, легендарным человеком, на коем и держится вся Последняя империя.
И им даже было плевать на то, что произошло с Кайкэрз, захлёбывавшейся собственной кровью. Ей с каждой секундой становилось всё хуже и хуже, в голове мутнело. Никто не приходил ей на помощь, всем было плевать. В ушах отдавались звонкие голоса триумфа.
«Что в итоге? Я ничего не смогла добиться... Я... Так и осталась на прежнем месте. Только теперь?..» — приоткрыв глаза, девушка увидела алую пелену. Через неё слабо проглядывался мир. Он казался таким грязным, ужасным и неправильным, что ей стало больно. Больно настолько, что стала задыхаться.
Давным-давно её избрали. А что в итоге? И правда. Что? Взгляд приподнялся выше. Спиной к ней стояла герцогиня. В прошлом после подобного она подавала ей руку, после чего они отправлялись отдыхать, пить чай и разговаривать о чём только угодно, однако сейчас... Нет того дружелюбия, не той ласки, нет того внимания. Вернее, всего этого не стало уже очень давно.
Пальцы Кайкэрз сжали песок. Внутри неё что-то задвигалось. Всё-таки стоило признать. Поравняться с таким человеком стало её мечтой. Ещё с детства. Просто узнав, какой это человек, захотелось с ним встретиться, поговорить, да и в целом подружиться. Ей казалось, у неё получилось, но... Герцогиня Розанвалис. Она не узнавала в ней кого-то близкого. Теперь уже точно.
От чувства обиды и накопившейся злости, грудь распирало.
«Неужели Вы лгали мне? Притворялись? Какой из Вас великий человек, если оказались настолько подлой? Вы собираетесь убить тысячи людей ради безумия! Это не имеет смысла! Никакого! Ни за что не поверю в подобное!» — мысли проносились паровозом. В теле находилась сила, Эго заставляло его подняться. — Гх... — простонала она от сильной боли. Каждая мышца говорила о том, что это слишком плохое решение.