Винтерс разнесла первого на куски, второго опрокинула наземь, третий был уничтожен пинком, четвёртый разлетелся от нескольких выпадов. Эти существа не смогли ей принести хоть каких-то увечий, но оно и не нужно. Среди них затесалась одна личность, чей клинок полетел на полной скорости к жертве.
Благодаря своим физическим способностям Катастрофа сумела увидеть приближение опасности, а потому среагировала, отводя голову назад. Лезвие почти дотронулось до неё, однако же… Со спины появилась главная атака. Кости нанесла колющий выпад. Даже на такие манипуляции у Винтерс оказался свой ответ. Она отпрыгнула в сторону, тем самым избегая нежеланного выпада, однако в тот же момент… Её руки и ноги сковали золотые путы, что значительно замедлили её движения, фактически приковали к одному месту.
Взгляд оной быстро стрельнул в сторону улыбающейся Ал. А затем Кости ухватилась за второй клинок и нанесла им выпад по цели, высвобождая мощный поток энергии прямо той в лицо.
Правая конечность грешницы отсеклась неведомой силой, а её саму отбросило на сотни метров назад.
Остановив импульс, девушка смогла вернуть себе равновесие и встать на ноги. Только теперь у неё отсутствовала рука, что в значительной степени меняло положение вещей. У неё и так из силы оставалась одна лишь физическая, а теперь же… Её уменьшили в половину.
— Эй… Вы совсем не чувствуете стыда? Нападаете втроём, пока я не могу воспользоваться способностями. Это же несправедливо. — начала разглагольствовать Винтерс с невинным и обиженным видом.
— И что? Ты будешь плакаться? Не надо было вставать со своего стула и выпендриваться, неудачница. — хмыкнула Кости, разминая руки. — Давненько мне не приходилось сражаться, прямо заржавела.
Три Богини остановились перед Катастрофой.
— Предлагаю сдаться и подчиниться нам. Не беспокойся. Пытать не будем, просто изобьём. — предложила Алчность и протянула руку.
— Чего? А в чём разница?
— Не ищи смысл. Я предлагаю тебе выбор.
— Ха… Выбор? Какой тут выбор? Вечное заключение или вечное заключение? Что за глупость… Кстати, я вот тут думала, пока мы сражались… как же вы здесь оказались в столь неподходящее время… Я поняла. Это же он всё рассказал, да?
— Что?
— Ну… Один незадачливый и сложный мужчина. Признаться, я удивлена, что ему удалось как-то до вас добраться. Вы же все такие возвышенные, далёкие от всего мирского… Настоящие Боги, не иначе. — утрированным голосом вещала девушка с примесью лёгкого раздражения.
— Значит, ты его знаешь… Отвечай, кто он такой? И что вас связывает?
— Оу… Что нас связывает… Какой личный вопрос. Ты правда желаешь знать? Он единственный, кто развеивал мою скуку за последнее время. Я даже начала его ценить… По-своему. — с улыбкой говорила Винтерс. — М-м… Жаль, между нами сейчас не слишком хорошие отношения. Ну ничего, всё можно решить. Уверена, в конце мы придём к пониманию. Как раньше.
— Да о чём ты говоришь, полоумная? Совсем уже крышей потекла? Говори по делу. Этот паренёк много знает. Как он сюда попал? Твой приспешник? Что ты вообще тут натворила? — теряла терпение Кости, закинув мечи себе на плечи.
— Знаете, в такой момент мне хочется смеяться. Вы так много не знаете… Не знаете об истинном положении вещей, что не могу сдержать смех… Ха… Ха-ха-ха-ха! — разразилась Катастрофа чуть ли не истерическим смехом.
Алчность появилась перед ней в попытке схватить за шею, но её руку перехватили и отвели в сторону:
— Эй, не надейся на подобное, жадная тварь.
Тогда ей влетела в живот секира, отбросившая цель назад.
— Без разницы. Давайте выбьем из неё все ответы, а только потом заключим. Рисковать слишком опасно, не забываем, что именно она чуть ли не начала войну между Катастрофами и Богами…
***
Примерно в то же время. Эндгейл.
К сожалению для Богини случайности, ей не разрешили остаться и послушать разговор между двумя особами.
Путник сидел напротив Мудрости и уже воображал себе абсолютно все варианты разговора. Как-то Валтейну уже доводилось обращаться к этой сущности за ответами, а в итоге получил лишь смазанные ответы, да и то, что ему и так известно.
«Что же будет сейчас? Надеюсь…»
— Ты много думаешь. — наконец начала собеседница.
— Приходится…
— Не будь таким напряжённым. Я ничего тебе не сделаю. У меня нет причин вредить или подозревать тебя.
— Да ну?
Хотя, учитывая её концепцию, так оно и должно быть.
— Не буду поднимать вопрос о твоих манипуляциях, они мне не интересны. Я решила поговорить с тобой один на один по одной причине. — её ровный и спокойный голос даже успокаивал. В нём чувствовалась та самая мудрость, неспешность и абсолютная уверенность в словах. — Ты меня знаешь.