Кира стала улыбаться.
- А вы все о своем…
Вдруг в класс зашли дети.
- Кира! Кира! – Стали они радоваться ей.
А она радовалась им.
- Мои котятки. – Обнимала она их.
Многие замечали, как дети привязывались к ней, слушали ее. Она им рассказывала очень много занимательных историй, учащих их совести, любви, правильным решениям.
Выйдя с уроков, Кира вызвала такси, чтобы вернуться в отцовский дом, чтобы забрать другие вещи, пока отца и Евы не было дома.
Но перед этим она решила зайти в больницу к Бэну, но не успела дойти до его палаты, как услышала за спиной насмешки и смех. Она повернулась. За ней шла Лили.
- Эй, дьявол в обличии шлюхи! – Сказала она.
Кира ускорила шаг, чтобы снова не выслушивать оскорбления. Но Лили догоняла ее.
- Что тебе нужно? – Дерзко спросила Кира.
- Тебя ждет ад. – Говорила Лили с горящими глазами.
Пока Кира стояла и смотрела на Лили, сзади подошла Дорети сорвала с головы Киры платок, дернув за волосы.
- Тебе не положено его носить, шлюха!
Дорети держала ее за волосы, опустив на колени.
- Послушай, ты, я не позволю тебе учить наших детей. Ты – мерзкая потаскуха.
- Отпусти. – Дернула Кира и встала, смотря на них дерзким взглядом.
- Завтра у нас праздник. Великий. – Снова смотрела на нее Дорети безумным взглядом. – У нас с женихами будет помолвка. Чтобы тебя здесь не было, поняла?
Кира стояла, и не понимала, что она здесь делает. И почему все это слушает. Она захотела уйти.
- Ты поняла? – Дорети со злостью толкнула ее.
Кира упала на пол. Лили ударила ее с ноги по голове, Дорети добавила по ребрам. Они довольно долго били ее, затем бросили ее платок на нее и плюнули. Кира согнулась от боли. Слезы капали на пол. Лили своим ударом открыла старую рану на лбу, что она получила еще от Ника. На голубом платке появились небольшие капельки крови.
Через пару минут Кира пришла в себя. Больница пустовала. Она прислонилась спиной к стене, и стала утирать слезы, держась за живот.
Сразу же пролетели моменты далекого прошлого в ее голове. Когда она пришла в школу, будучи маленькой девочкой, чья мать была наркоманкой. Кира испытала на себе, что значит быть изгоем. Она вспомнила, как шла по коридору с забинтованной шеей, на нее озирались все ученики, кричали ей вслед: «Дочь наркоманки!», бросались в нее учебниками, толкали. Все прошло только тогда, когда отец увез ее. Это было нелегко пережить, а забыть тем более. Старые раны вновь вырезались на сердце.
«Кира, держи себя в руках» - Держала она себя.
«Не смей рыдать, Кира… Не смей…»
Но слезы текли и текли. У нее болело все: живот, руки, ребра. Она пыталась остановить кровь на лбу, держа рану рукой. Но у нее не получалось. Все никак.
Она еле дошла до туалета, у неё кружилась голова. Она все смывала и смывала свою кровь. И вот, наконец, она остановилась.
«Так! Тихо…» - Кира смотрела в зеркало, успокаивая себя.
Как же ей сейчас не хватало ее прав и машины, чтобы уехать далеко-далеко. Снова потекли слезы. Лицо стало опухать. Одежда вся испачкана.
- Почему ты такая слабая! – Кира ударила кулаком по стене.
А затем снова и снова била по стене. Почему она не сопротивлялась? Почему позволила унизить себя? Почему? Потому что в глубине души понимала, что заслуживает этого. Кира вновь стала оседать на пол, держась за голову. И не было никого, кому она могла бы открыться, с кем могла бы поговорить. Но у нее по-прежнему есть отец.
«Уйти. Надо уйти домой…» - Кира встала и резким движением направилась прочь. Но увидев себя в зеркале вновь, она ужаснулась. В крови. Она в крови.
Снова отмывала кровь, намочила часть волос с правой стороны лица. Руки тряслись. Она не могла успокоить истерику. Но надо было бежать. Она подумала о том, что все еще на работе. Дети на обеде. Ей не встретится никто. Она накинула платок так, чтобы не было видно крови и по возможности ее раны. Она вышла из школы и направилась прочь.
Она уже почти прошла поле за территорией больницы.
- Кира… - Окликнули ее сзади.
«Дэмьен». Глубокий вздох.
Она стояла и не поворачивалась. Но он приближался к ней. С улыбкой на лице он догнал ее. Но стоило ему взглянуть на нее, как улыбка его ушла. Он не мог понять, что с ней. А она смотрела на него так, будто он собирался причинить ей зло. В ее глазах он увидел то, что его повергло в шок. Он увидел, как ее трясло, увидел, что она боится, что она плакала. Увидел в ее глазах хаос, пустоту, которую ничем не заполнить. Ее одежда была в крови, вся грязная, опухшая от слез.