Конечно же, мама связывала выздоровление Магдалины с нашими молитвами. Даже врачи утверждали, что это чудо. И это при том, что я вообще перестала молиться. Стоя на коленях перед крестом, я придумывала истории для Магдалины.
Однажды я рассказала ей о том, что у меня появилась настоящая подруга. На тот момент мне было почти тринадцать лет и я легко могла купить дружбу. В сарае у меня было восемьсот марок, и я знала, что в этом вопросе Магдалина ошибалась: за деньги можно купить все.
История с подругой взволновала мою сестру. Мне пришлось описать ей эту девочку. Магдалина хотела знать подробности. Какого она роста? Толстая или худая? Красивая или нет? Разговариваем ли мы о мальчиках? Влюблялась ли она уже в кого-нибудь? «Как думаешь, ты могла бы разок привести ее к нам домой? Чтобы я на нее посмотрела…»
После обеда мы сидели у окна в спальне, Магдалина на кровати, а я – у окна. Нам была видна улица. Когда по ней проходила хорошенькая девочка, я подводила Магдалину к окну. Взяв ее руку в свою, я стучала в стекло. Это привлекало внимание девочки, и она поднимала голову. Потом удивленно качала ею, думая, наверное, что мы дуры.
Я же рассказывала Магдалине, что моя подруга хорошо понимает, как осторожно мы должны себя вести, и только поэтому покачала головой.
Однажды всю вторую половину дня я потратила на покупки, а Магдалине сказала, что подруга пригласила меня в кафе и угостила клубничным мороженым с взбитыми сливками. А потом разливалась соловьем, рассказывая о мальчике, в которого она влюблена. Но он об этом не знает.
На следующий день я сообщила Магдалине, что мы написали этому мальчику письмо. И что моя подруга попросила меня его подбросить. Ложь! Ложь! Ложь! Иногда мне казалось, что вся моя жизнь – одна сплошная ложь.
Глава восьмая
Рудольф Гровиан начинал злиться – не на Кору Бендер, а на себя. В голове у него пронеслось предупреждение Маргрет Рош: Кора закроется, можете не сомневаться. Проклятье! Он подошел к делу не с той стороны. Но можно ведь просунуть ногу в закрывающуюся дверь. Некоторое время Рудольф ходил вокруг да около, но верного тона подобрать не смог. Упомянув о визите Маргрет, он всего лишь закрыл дверь на несколько дополнительных замков.
На вопрос, о чем именно солгала ему Маргрет Рош и что такое ужасное она украла, Кора ответила:
– Разбирайтесь сами, это ваша работа. Вам за это платят.
Рудольф вернулся к главному вопросу. Если Джонни действительно существовал, то, может быть, его настоящее имя – Георг Франкенберг? На это Кора не ответила, и он вынужден был снова ей пригрозить, хоть и не хотел этого делать.
– Госпожа Бендер, в таком случае мне все же придется поговорить с вашим отцом.
Она улыбнулась.
– Лучше поговорите с мамой. Она считает, что не способна лгать, потому что триста раз прочла Библию. Только смотрите, не забудьте подложить под колени что-нибудь мягкое.
Она сделала глоток кофе, решительно поставила чашку на стол, подняла голову и посмотрела на Рудольфа:
– На этом все, верно? Можно мне переодеться, прежде чем вы повезете меня к судье? Моя одежда пропиталась по́том. Я в ней спала и носила ее вчера целый день. И еще мне хотелось бы почистить зубы.
В этот миг ему стало бесконечно жаль ее. Кора всю жизнь была предоставлена самой себе. Почему она должна ему верить? Да и какую помощь он может ей предложить? Отправить ее на несколько лет за решетку? И тогда Рудольф произнес, так безучастно, как только мог:
– Ваши вещи еще не доставили, госпожа Бендер. Мы попросили вашего мужа привезти вам что-нибудь, но он до сих пор не приехал.
Кора равнодушно пожала плечами.
– Он и не приедет. Я ведь просила, чтобы это сделала моя тетя.
Полчаса спустя приехала Маргрет. За это время Рудольф трижды пытался получить информацию у Коры. Как звали вторую девушку? Сначала он задал этот вопрос спокойным тоном. Кора ответила:
– Спросите у моей мамы. Но можете и с отцом поговорить. Если вы расскажете ему, что меня изнасиловали, в то время как вторую девушку убивали, его это очень обрадует.
Повторяя вопрос, Рудольф был более настойчив. Кора посмотрела на Вернера Хоса и поинтересовалась:
– Вашему шефу нужен слуховой аппарат или до него туго доходит? Мне кажется, у него заело пластинку.
В третий раз Рудольф Гровиан почти умолял ее. А Кора посмотрела на кофеварку и спросила:
– Вы притащили ее из дома, потому что она устарела? Вы что, не можете купить себе новую? Кофеварки не так уж дорого стоят. Есть такие, которые как следует кипятят воду. Я себе такую приобрела. Кофе в ней гораздо вкуснее. Мне будет ее не хватать. Как вы думаете, мне разрешат взять к себе в камеру кофеварку? Тогда я попрошу, чтобы ее привезли. Если заглянете ко мне в гости, угощу вас чашечкой кофе. Вы ведь будете навещать меня, правда? Мы сядем за стол и будем рассказывать друг другу безумные истории. Посмотрим, у кого из нас лучше получится.