Боже, это так неправильно.
Пробуждение этим утром было очень мучительным. Голова раскалывалась, а во рту было сухо, как в пустыне. И зачем она вчера столько пила? Хотя ответ был очевиден: она хотела доказать Паркеру, что ей плевать на него.
Конечно, именно поэтому ты и вешалась ему на шею.
Сначала у неё и, правда, получалось, но чем больше в её организме оказывалось алкоголя, тем сильнее девушку тянуло к Паркеру. Она хотела показать ему, что он потерял. Хотела, чтоб он жалел о своём скверном поступке.
И чем в итоге это закончилось?
Последнее, что она помнила, как они танцевали с Тони и потом он её поцеловал.
Поцеловал ведь?
Может быть, ей, вообще, это привиделось? Всё возможно, ведь больше девушка ничего не помнила.
И вот теперь она проснулась в своей кровати в одном нижнем белье. Значит, он привёз её домой и уложил спать. Он же её и раздел, она была в этом уверенна.
Палома чувствовала себя отвратительно и морально, и физически. Ей срочно нужно обезболивающее и много воды.
Аккуратно поднявшись с кровати, Палома натянула первое, что попалось ей под руку, и вышла из комнаты. Пока она добиралась до кухни, то приняла решение, что ей необходимо поговорить с Паркером. Будто прочитав её мысли, он уже ждал с бутылкой минералки в одной руке и двумя таблетками в другой.
— Как раз собирался проведать тебя, — сообщил он. — Подумал, что тебе пригодится.
— Спасибо, — её голос был тихий и неуверенный. — Ты не должен был этого делать, — заявила девушка, но всё же приняла от него таблетки и воду. Палома старалась не обращать внимания на своё замешательство, вызванное его поступком.
— Это вроде как моя вина.
— Неужели?
— Я должен был лучше за тобой следить, — то, как он это произнёс… Паломе показалось, что за этими словами спрятано намного большее.
— Ты должен был следить за моей безопасностью и с этим ты справился очень хорошо, — уверенно произнесла девушка, вспоминая того ужасного парня, который пытался развести её на секс. — Всё остальное моя вина.
— Не буду спорить. А всё потому, что ты не умеешь выбирать себе компанию, — произнеся это, Паркер оказался слишком близко.
— Ты не должен так говорить о моей подруге, — возмутилась Соммерс. — Она хорошая. И кстати, я надеюсь ты не оставил её в том ужасном месте одну?
— Оу, малышка не помнит, что было прошлой ночью? — неужели он смеет издеваться?
— Я всё прекрасно помню! — слишком пылко возразила она, выдавая себя с головой.
— И что именно ты помнишь? — этот вопрос вызвал дрожь в теле Паломы. Она прекрасно понимала, о чём он её спрашивает. Ещё и улыбается. Мерзавец.
— Если ты говоришь о том ужасном инциденте в клубе, то лучше бы я его не помнила, — абсолютная ложь, но ему об этом знать не следует. Девушка уже собиралась оставить парня, но он ей не дал и шагу сделать, перегородив путь своим телом.
— Вот как?
— Именно, — она не собиралась ему уступать.
— Ты же знаешь, что я не люблю, когда мне лгут, — властно произнёс Паркер, смотря ей прямо в глаза. Он был так близко, что Палома могла ощутить его дыхание на своём лице.
— А ты явно лжёшь, Голубка.
— Я не лгу, — голос дрожал.
Глаза Паркера прожигали насквозь, и она прекрасно понимала, что уже давно проиграла эту битву. Тони прекрасно знает, какое влияние оказывает на неё и умело этим пользуется когда пожелает.
— Можешь лгать мне, но не лги самой себе, — и после этих слов Паркер прильнул к её губам.
Опять. Он опять это делает. Сводит её с ума. Рядом с ним она чувствует себя, как на американских горках. Одновременно ей овладевает и страх, и желание.
Поцелуй был нежным и томным, но вот спустя несколько секунд руки Паркера прижимают тело девушки к своему, позволяя Паломе почувствовать всю силу его желания. Всё её тело, каждая клеточка желала его с не меньшей силой.
Это неправильно. Нельзя позволять ему обращаться с собой подобным образом.
Но разве это имеет какое-то значение, когда он действует на неё так опьяняюще? Сейчас, находясь в его объятиях, девушка понимала, как сильно скучала по этому. Её чувства всё так же сильны и никуда не делись. Именно поэтому она готова позволить ему всё, что бы он ни делал.
— Всё ещё будешь отрицать, что тебе это нравится? — чуть отстранившись, спросил Паркер. — Я так и думал, — ухмыльнулся он, когда так и не дождался ответа.