— И что с того? Ей же всего двадцать! Разве вы сами не были молодым?
— Был. Но у нее появился не только приятель, но и дорогостоящее кольцо и дорогие духи. Когда я встретил ее сегодня в холле, она пахла «Климой». Интересно, откуда у нее появилось всё это?
— Ей подарили. В ювелирных магазинах таких колец много и «Климу» можно купить. Знаете что? Вы лучше ищите настоящего убийцу, товарищ капитан, а не обвиняйте невиновных! Мы — честные люди, и нам чужого не нужно! И не нужно нас в чем-то подозревать! Знаете что? Я пойду!
Анна Петровна встала и направилась к двери, но оказалось, что дверь заперта. Власенко молчал, глядя на женщину.
— Выпустите меня, — попросила она, обернувшись к капитану милиции.
— Нет. Мы с вами еще не поговорили, Анна Петровна, — ответил тот, — так, что возвращайтесь на место.
Женщине растерянно посмотрела на запертую дверь, а затем на мужчину и оробела, заметив его пронзительный, немного ироничный взгляд. Она вернулась на место и села.
— Слушаю вас, — произнесла она, снова сев напротив капитана милиции.
— Я хочу вам помочь, — проникновенным тоном произнес он, продолжая в упор на нее смотреть, — дело в том, что горничная нашла в номере приятеля вашей дочери бриллиантовую сережку.
— И что с этого? — немного подумав, спросила Анна Петровна.
— В этом номере, кроме приятеля вашей дочери, жил еще один парень, но у него на время убийства есть алиби, — помолчав, капитан милиции продолжил: — Я тоже отец, и у меня, как и у вас, тоже есть дочь. Знаете, мне бы не хотелось, чтобы из-за какого-то негодяя пострадала ни в чем не повинная девушка. Вы понимаете меня, Анна Петровна?
— Откровенно говоря — не совсем. Где в номере нашли сережку?
— За радиатором отопления.
— А вам не кажется, что ее могли туда специально подбросить?
— Интересная мысль. И кто же мог это сделать?!
— Например тот, кто убил подругу моей дочери. И вообще, эта бриллиантовая сережка, возможно, не имеет никакого отношения к убийству Айши. Она могла закатиться за радиатор отопления и две недели тому назад, и три. Горничные не всегда тщательно убирают в номерах!
— Родители Айши Алиевой сказали, что в день убийства на ней были эти серьги. Они исчезли вместе с золотой цепочкой, браслетом и другими ювелирными украшениями, бывшими на погибшей.
— Нет, эту сережку всё-таки подбросили! Если вы хороший следователь, то выясните, кто мог это сделать! Я и моя дочь здесь ни при чем! По-моему, это не ограбление, а убийство из ревности!
— Я позвал вас не для того, Анна Петровна, чтобы выслушивать ваши советы и упреки.
— Если вы думаете, что моя дочь причастна к убийству, то ошибаетесь!
— Я этого не говорил, но должен во всем разобраться!
— Чего же вы хотите от меня?
— Чтобы вы помогли следствию, Анна Петровна. Поговорите с дочерью. Узнайте, рассказывала она своему знакомому об Айше или нет. Если рассказывала — то получается совсем другая картина. Я уже говорил, что погибшая девушка носила на себе целое состояние. Однако не исключено, что ее убили на почве ревности. Меня интересует личная жизнь погибшей: ее ленинградские друзья и знакомые. Айша Алиева была красивой девушкой, и, вероятно, у нее было много поклонников. Ваша дочь мало что рассказала мне о ее личной жизни, а ведь они жили вместе в одной комнате в общежитии. Она должна знать!
— Почему вы не спросите ее сами?
— Я ее спрашивал, но она ответила на мои вопросы формально. А вот вам она может рассказать о том, что меня интересует. Вы уж постараетесь, пожалуйста, Анна Петровна.
— Вы думаете, что убийца Айши… Сергей? — с задумчивым видом спросила женщина. — никогда бы не подумала. Он совсем не похож на убийцу! С виду такой приличный парень!
— Пока ничего не известно… однако, не исключено… Вы заметили, что он очень дорого одет? Откуда у него такие деньги? Он ведь работает обычным врачом на скорой помощи! И знаете, мне доводилось видеть преступников с ангельскими лицами. Вашей дочери лучше держаться подальше от него… И не забывайте о том, Анна Петровна, что у вас самой сейчас неприятности. Постарайтесь не усугублять ситуацию, чтобы не оказаться, как говорится, «без вины виноватой». Вы же не хотите, чтобы вам на работу пришла бумага из милиции, что вы занимались в Москве спекуляцией?.. Так просто после этого вы не отделаетесь.
— Пожалуйста, не надо, товарищ капитан… — пробормотала женщина. И, немного помолчав, сказала: — Хорошо, товарищ капитан, я поговорю с дочерью и постараюсь всё узнать. Скажите, я могу теперь идти?