— Мамочка, не волнуйся! Мы не допустим, чтобы свадьба расстроилась!
1988 год, Ленинград
— Что ты сказала, мама? — кричала Оля в телефонную трубку, стоя в небольшой кабинке междугороднего переговорного пункта. — Что там с Леночкой? Ты говоришь, что Олег ее бросил, и она выходит замуж за другого?..
Минут через пять Оля вышла из кабинки и с задумчивым видом направилась к выходу из здания.
Уже стемнело, и желтые огни фонарей тускло освещали тротуар. Накрапывал дождик. До автобусной остановки идти было не больше пяти минут.
Вечер выдался прохладным, и Оля озябла, выйдя из теплого помещения. К счастью, автобуса долго ждать не пришлось. Ехать было всего ничего, всего пару остановок. Сначала дорога шла мимо «хрущевок», а потом показался пустырь.
Автобус остановился, и Оля вышла. Она снова оказалась среди холода и мрака, и поежилась. Она не любила это место. По вечерам здесь было страшновато. Вдоль пустыря, мимо которого нужно было пройти несколько десятков метров, прежде чем выйти на шоссе, тянулись густые заросли кустов.
Каждый раз, оказываясь здесь вечером, Оля испытывала страх и впадала в панику. Возвращаться этой дорогой в общежитие ей приходилось последние два года трижды в неделю после посещения вечерних рисовальных курсов, а сегодня она возвращалась с переговорного пункта возле вокзала.
Собравшись с духом, Оля решительно зашагала вдоль кустов, от которых на тротуар падали длинные темные тени. Девушка облегченно вздохнула, оказавшись на хорошо освещенном шоссе. Отсюда до общежития было рукой подать, и всё вокруг отлично просматривалось.
Миновав через несколько минут проходную, девушка вошла на территорию предприятия и углубилась в лесной массив, скрывавший постройки. Она направилась к двухэтажному, старинному зданию из красного кирпича, в котором жила.
Раечка только что вернулась из душа и собиралась укладываться спать.
— Слава Богу, — воскликнула она, — что ты вернулась целой и невредимой! Я страшно переволновалась за тебя! Кстати, заходил Борис и спрашивал о тебе. Я сказала ему, что ты поехала на переговорный пункт.
— Он знает, что я поступила на архитектурный факультет?
— Да, знает!
— Тогда зачем он ко мне ходит? Ведь знает же, что у нас нет будущего!
— Как это у вас нет будущего? — Раечка от обиды даже покраснела. — Мой брат, хотя и лимитчик, очень хороший парень… Ты могла бы перевестись на вечернее отделение. Если бы вы поженились, то смогли со временем получить от завода хорошую квартиру!
— Как у тебя всё просто, Рая! А то, что я столько лет мечтала учиться на дневном факультете и потом получить хорошую работу — это что, ничего?
— Олька, послушай! Для женщины карьера не главное! Женщина — это, прежде всего, жена и мать, а потом уже всё остальное!
— Нет, женщина — это, прежде всего, личность; а потом уже, как ты выразилась, всё остальное!
— Да иди ты! — обиженно воскликнула Раечка. — Подумаешь, какая цаца нашлась! Радовалась бы, что нравишься такому хорошему парню, как мой брат, а ты нос от него воротишь! Я совсем не удивлюсь, если ты, в конце-концов, останешься одна!
— Тебя это не касается!
Оля переоделась, сходила в душ и легла в кровать, с головой забравшись под одеяло. Какой сегодня выдался неприятный день! Сначала комендант общежития спросила, когда она думает выписываться из общежития и переезжать; потом пришел брат Раечки и стал к ней приставать. А поздно вечером ей пришлось ехать на переговорный пункт и возвращаться почти что ночью через пустырь, который вызывал у нее панический страх с тех пор, как там изнасиловали девушку из их общежития… А теперь еще приходится выслушивать Раечкину болтовню.
Постепенно Оля успокоилась и вспомнила телефонный разговор с мамой. Говорили они, в основном, о Леночке.
— Представляешь, она — раз, два — и в дамках! — с восторгом говорила Анна Петровна дочери. — Леночка не то, что ты у меня!
Дочери двух близких маминых подруг к этому времени уже успели обзавестись мужьями и детьми, в то время, как Оля продолжала оставаться одна. А что касается Леночки, то она наворотила такого, что родственники и знакомые хватались за головы.
Как рассказала Оле Анна Петровна дочери, примерно за десять месяцев до того, как Олег должен был вернуться из армии, Леночка отправилась на первомайскую демонстрацию и встретила там некоего Сашу, молоденького, ясноглазого паренька и стала с ним встречаться. Она говорила всем, что «утонула в его глазах…». Олег был забыт, и у Леночки началась пора безумной любви с Сашей. Леночка не предохранялась и, спустя несколько месяцев, забеременела. А когда из армии вернулся Олег, она начала кусать локти и говорить всем, что отношения с Сашей были ошибкой, и она по-прежнему любит Олега и не может без него жить. Надеясь вернуть прежнего возлюбленного, Леночка ушла от Саши и стала искать встреч с Олежкой, однако ее тот избегал. А если встречал где-нибудь, испуганно смотрел на ее большой живот и молчал.