— Значит, из-за страсти?
— Из-за ревности, — ответил следователь.
— Вы тогда думали, что ее убили из-за дорогих ювелирных украшений, — заметила Ольга.
— Парень сказал, что взял их для отвода глаз, потому что испугался. Хотел, чтобы все подумали, что это ограбление. Он их выбросил, а сережку подбросил в номер вашего приятеля. У парня, убившего Айшу Алиеву, жил земляк на пятом этаже. Под вымышленным предлогом тот зашел в пятьсот двенадцатый номер и оставил сережку под радиатором. Ну, а дальше вы знаете.
— Значит, вы меня снова подозреваете?
— Такая у меня работа, — ответил Власенко. — Подозревать всех и каждого. Если вы, Ольга Юрьевна, не виноваты в смерти мужа, вам не о чем беспокоиться. Он был известным человеком. Мне важно докопаться до сути.
— Почему Истомину отказали в визе во Францию? — спросила Ольга.
— Вы будто и не знаете!
Ольга удивленно посмотрела на следователя и произнесла:
— Поверьте, товарищ майор, мне ничего об этом неизвестно!
— Разве вы не пожаловались кое-кому наверху на своего супруга?
— Что?! Почему вы так решили?
— Был звонок сверху. После чего покойному Истомину отказали в визе.
Ольга была потрясена. Оказывается, кто-то решил ей помочь, а она о том — ни сном ни духом.
— Спасибо, — сказала она, вставая. — Надеюсь, что вы найдете убийцу, товарищ майор.
***
Ольга сидела за рабочим столом покойного Истомина и разговаривала по телефону с матерью.
— Да, меня уже выписали из больницы, — говорила Анна Петровна, — и я уже дома. А тебя всё нет! Когда же ты, наконец, приедешь, дочка? Катюша сказала, что ты должна была приехать еще неделю назад. Почему ты не приехала? У тебя что-нибудь случилось?
— Да, мама, случилось. Василий Николаевич умер. Поэтому я и задержалась.
— Как — умер?! — испуганно воскликнула Анна Петровна. — Он же еще нестарым был! Сколько лет ему было, дочка?
— Сорок один, мама… сорок один… всего сорок один…
— Он что, серьезно чем-то болел?
— Нет.
— Тогда почему он умер?
Ольга задумалась. Что ответить матери?..
— Почему? — услышала она ее взволнованный голос.
Ольга вздохнула и стала придумывать на ходу:
— Пока неизвестно, мама. Я пришла домой, а он… лежит на полу, мертвый…
— А что сказали врачи? Может, у него тромб оторвался? — спросила Анна Петровна.
— Нет. Это был, несчастный случай. Он упал и… Мама, извини, мне трудно говорить об этом…
— Ладно, ладно… Успокойся, доченька!
— Ты-то как, мама? — спросила Ольга. — Лучше себя чувствуешь?..
Анна Петровна стала подробно рассказывать дочери о том, как протекает ее болезнь. О том, как ее лечили в больнице, а потом — о Кате, Леночке и Леночкиных детях.
Когда Ольга положила трубку, за окном потемнело, и пошел дождь.
На следующий день Ольга пошла на могилу мужа. Памятника на ней пока не было, а только деревянный крест. Памятник обещали поставить через год от Союза художников. На свежем могильном холмике лежали десятки венков и охапки увядших цветов.
***
Следователь Власенко вызывал Ольгу еще два раза.
Когда она вернулась в мастерскую после второго допроса, то услышала настойчивый телефонный звонок.
Это был Сергей:
— Привет! Как ты там? — спросил он.
— Только что от следователя, — ответила Ольга, вздохнув. — Меня подозревают в смерти Истомина… Прошу, не звони мне!
— Я только хотел сказать, что…
Ольга не став его слушать, бросила трубку.
Телефон снова зазвонил, но молодая женщина выбежала на кухню и закрыла дверь. Звонки слышались ещё долго, но Ольга так и не подошла к телефону.
***
Когда принесли повестку в третий раз, Ольга запаниковала. Почему ее снова вызывают?
Она нашла в телефонном справочнике номер бывшей жены покойного Истомина, Ларисы Валериевны, и позвонила ей. Та сразу взяла трубку и бодрым голосом ответила:
— Квартира Истоминых. Алло! Слушаю вас!
Голос первой жены покойного мужа показался Ольге до того противным, гадким и лживым, что она замешкалась с ответом.
— Женечка, дорогой, это ты? — спросила Лариса Виталиевна. — Ты, наверное, говорить не можешь, потому что с тобой рядом жена, да?..
Ольге расхотелось говорить, и она бросила трубку.
***
Когда Ольга появилась у следователя Власенко в третий раз, тот выглядел довольно плохо, и она не сразу узнала его. Майор словно постарел на добрый десяток лет. На его лице появилась сеть морщин, а лоб прорезала глубокая вертикальная складка. Взгляд мужчины был тусклым. На подбородке и щеках виднелась щетина.