Разве можно допустить, чтобы такое было?
— Едем со мной! Я всё знаю, — сказал Сергей и добавил: — Тебе больше нечего бояться!
— Что ты знаешь? — быстро спросила, Ольга, задрожав от стыда и бессилия.
— О тебе и твоем муже. О том, почему ты оказалась в больнице. Это ведь всё из-за него, да?
— Кто тебе об этом рассказал?
— Слухами земля полнится… Я ведь врач!
Ольга немного успокоилась и перестала дрожать. И вдруг подумала: «А что, если он узнал и про Бориса?!»
— Тебе многое пришлось пережить, Оля, — сказал Сергей. — Бедная ты моя! Теперь всё плохое осталось позади! Всё будет так, как ты захочешь!
— Навряд ли, — ответила она. — Мои желания мало что значат… Видишь, как всё получилось. Хорошо, что дело передали другому следователю. Власенко ведь подозревал меня и тебя. Он вцепился в меня, как клещ, и я уж было думала, что…
— Садись в машину! — потребовал Сергей. — Я отвезу тебя в место, где нам никто не помешает, и мы нормально поговорим.
Ольга некоторое время ещё колебалась, не зная, как ей поступить. Сергей имел над ней абсолютную власть, и это ее пугало. Ей мучительно хотелось хотя бы ненадолго оказаться наедине с ним. Видеть его и слышать. Принадлежать ему… Снова почувствовать его прикосновения и вдохнуть его, такой родной, запах. Прижаться к его телу, закрыть глаза и обо всём забыть.
Нет, ехать с ним ей нельзя, иначе она снова поддастся своей пагубной, грешной страсти, которая никак не хочет ее отпускать. Она знает про себя, что грешница. Она — раба любви к Сергею. В ее чувстве к нему всегда было что-то рабское, унизительное для ее гордости… Разве можно так сильно женщине любить мужчину?! Другие вон живут без любви, и — ничего, у них всё в порядке!
***
По дороге они так и не поговорили, хотя ехали почти часа два. Сергей привез Ольгу на какую-то дачу.
Оказавшись внутри дома, они тут же припали друг к другу и не размыкали объятий несколько часов подряд. Потом лежали, обнявшись, на широкой тахте, и слушали, как за открытым окном шумят сосны. Порывы ветра врывались в него, и шторы взлетали. Они надувались парусом и опадали, а хрустальная люстра тихонько позванивала под потолком.
Они не заметили, как на землю спустились сумерки, и наступил вечер.
Дача была двухэтажной, кирпичной, добротной, с верандой, балконом и террасой. С балкона, сквозь просветы старых деревьев, просматривалась река. Когда на небо выплыла луна, поверхность воды стала казаться серебряной, а стволы и кроны сосен потемнели.
— Хочешь, есть? — спросил Сергей.
Она кивнула и еще крепче прижалась к его крепкому телу. Она ни о чем не думала. Совсем ни о чем… Точнее, ее мысли превратились в яркую, пеструю мозаику из разноцветных пятен, которые мелькали у нее перед глазами. Они трепетали, звенели и пели, и что-то нашептывали друг другу и ей.
Сергей приготовил ужин. Аккуратно порезал сыр, сыровяленую колбасу, свиной балык и красную рыбу. Сделал бутерброды с черной и красной икрой. Выложил в хрустальную вазу яблоки, апельсины и виноград. Открыл большую коробку шоколадных конфет, переложил из коробки на блюдо «Киевский торт» и поставил на стол бутылку коньяка.
Вскипятили воду в электрочайнике. Пили растворимый кофе с коньяком, тортом и конфетами и смотрели друг другу в глаза. Снова лежали на тахте, прильнув, друг к другу, слушая, как за окном шумят сосны. А когда ветер стих, — поразились наступившей тишине.
Перед рассветом Сергей сказал:
— Я должен тебе кое-что сказать, Оленька, — и она тут же вся сжалась, превратившись в тугую натянутую струну. — Затаив дыхание, она тихо спросила: — Это обязательно?..
— Я не могу без тебя, — произнес он. — Ты сказала, чтобы я не приходил к тебе и не звонил, а я так и не смог забыть тебя… Стал бродить возле твоего дома. Зайду во двор и стою, смотрю на твои окна. Жду, когда ты появишься… Иногда я поднимался по лестнице и подходил к твоей двери, но позвонить в дверь так и не решился… Ты ведь прогнала меня, Оля, потому что я несвободен. Да, у меня есть жена и дочка, и они не виноваты в том, что я тебя люблю. Я никогда их не оставлю, потому что… — Сергей замолчал, о чем-то задумавшись, глядя в одну точку.
— Это правда, что твоя жена серьезно пострадала в автомобильной аварии? — спросила Ольга.