***
Я прижал педаль газа, и мой Lambo рыкнул, как разъярённый зверь, вырываясь на пустынную улицу в центре города. На часах было без пятнадцати пять, а я уже предвкушал, как эта светловолосая бестия в мини-платье, с которой я… познакомился прошлой ночью в клубе, расплавится у меня в руках.
— «Ул. Святой Терезы, 17, кв. 5» — пробормотал я, сверяясь с салфеткой, на которой её подруга оставила своим пьяным почерком столь желанный адрес.
Но когда я свернул за угол, передо мной открылся вид не на элитный жилой комплекс, а на огромный готический собор, чьи шпили упирались в свинцовое небо.
Ты блять издеваешься?
Я резко затормозил, и шины визгливо заскрежетали по асфальту. Несколько прохожих обернулись, но я их моментально послал взглядом.
— Ну конечно, блять, «кв. 5» — это, наверное, пятая скамья справа, — саркастично фыркнул я, вылезая из машины.
Поставив зверя на сигнализацию, я подошёл к массивным дубовым дверям. На табличке красовалось расписание:
17:00 — Вечерняя месса
Охуеть, значит, она не только трахается, но и молится?
Я толкнул дверь плечом, и она со скрипом поддалась. Внутри было прохладно, пахло воском и чем-то древним, затхлым.
Дерьмовее места для свидания не придумаешь…
Собор оказался полупустым. Пара старушек у первых рядов, несколько бомжеватого вида мужиков сбоку, да пара семей с детьми.
Где же ты, моя маленькая грешница?
Я прошёлся по центральному проходу, громко цокая каблуками по каменному полу.
— Молодой человек! — резкий голос заставил меня обернуться.
Ко мне подбежал священник — высокий, сухой, с лицом, словно высеченным из камня. — У нас здесь не принято так себя вести, — произнёс он с холодной улыбкой. — Исповедь начинается после мессы. Если вы пришли каяться — придется подождать.
— Ага, я же каждое воскресенье тут каюсь…
Но я не успел договорить ересь, что вертелась у меня на языке. Заиграл орган, и я резко замолчал. Хор монашек начал выходить из боковой двери.
— Ладно, подождём. Выбора у меня особо нет.
Я плюхнулся на ближайшую скамью и продолжил рыскать по залу взглядом. А потом поднял ещё раз взгляд на священника, и увидел… её!
Она стояла слева от него. Те самые губы. Те самые голубые глаза, которые вчера так вызывающе блестели в свете неоновых огней.
Но теперь на ней было черное одеяние монахини, а волосы скрывал белый платок.
Я медленно встал, не веря своим глазам.
— Вот… блять…
Глава 9. Мы так не договаривались
ХАНТЕР
Я сидел в этой чёртовой церкви, разинув рот и не веря своим глазам. Та блондинка — да, именно та самая, что ещё вчера тёрлась об меня своей сочной задницей в клубе, в дыму сигарет и под звуки громкой музыки, — сейчас стояла у алтаря и запевала какую-то «Аве Мария» или как там её, а священник, вместо того чтобы её остановить, только подбадривал и улыбался, словно это было нормой. Я смотрел на неё, пытаясь понять, что за бред тут вообще происходит.
— Ты серьёзно? — выдавил я из себя, пытаясь не выдать полного шока. — Это что за пиздец?
Вся эта церковь казалась мне теперь каким-то сюрреалистичным кошмаром. Я думал, что знаю эту девушку, знаю, что она за тип, но сейчас её образ разваливался на куски. Мне казалось, что я смотрю на двойника, на какую-то подставу.
— Серьёзно? Монашка?
Я пытался понять, что за фигня творится. Может, это был какой-то розыгрыш? Может, вообще всю эту аферу со сбежавшей добычей провернул Аарон или Дерек? Но почему тогда всё так серьёзно? Почему церковь, почему служба, почему священник?
Я не стал ждать окончания этой странной службы. Встал с места, хлопнул по скамье, чтобы все обратили на меня внимание, и вышел из церкви, чертыхаясь как сапожник.
— Вот это пиздец, — выругался я, выдыхая дым сигареты и чувствуя, как меня охватывает дикая ярость. — Мы так не договаривались, сука!
В голове крутились образы: как её подруги хихикали и переглядывались, когда я потребовал её адреса. Они всё знали! И решили сделать из меня посмешище.