— Они меня разыграли, — пробормотал я, сжимая рукоятку двери машины.
Я завёл двигатель, и рёв мотора эхом разнёсся по пустынным улицам. В зеркале заднего вида я видел, как церковь медленно исчезает из виду, а вместе с ней и та блондинка.
***
Спустя полчаса я уже был возле дома Скарлет, в самом шикарном районе Лос-Анджелеса — Бел-Эйр, где каждый особняк мог бы своим видом посрамить королевские дворцы. Охрана, которая знала меня с детства и привыкла к моему эксцентричному поведению, даже не пыталась меня остановить. Они просто махнули рукой, пропуская меня, как будто я был частью мебели. Я же влетел в дом, как ураган, с бешеным сердцем и чертовски злым настроением.
Внутри дома пахло дорогими духами и свежей выпечкой. Я направился в гостиную. И не ошибся.
В углу комнаты стояло фортепиано — глянцевое, словно чёрная жемчужина в этом дворце. За ним сидела Скарлет. Волосы, растрёпанные от недавней игры, падали на плечи, а пальцы ловко бегали по клавишам. Она играла «Лунную сонату» Бетховена — тихо, проникновенно, словно пытаясь передать всю глубину своих мыслей. В комнате повисла тишина, прерываемая лишь мелодией.
Я стоял за её спиной, тяжело дыша, и она это почувствовала. Пальцы замерли, и она медленно повернулась ко мне.
— Я тебя не приглашала. Что-то случилось? — её голос был мягким, но в нём слышалась вызов и лёгкая насмешка.
Я не стал церемониться.
— Пари отменяется, — заявил я, не скрывая гнева.
Она приподняла бровь, и эта маленькая деталь говорила больше, чем слова.
— Да неужели? — с улыбкой спросила она. — И почему же?
— Я кое-что выяснил, — начал я, стараясь контролировать эмоции. — Та беглянка, на которую мы поспорили… она — монашка. Представляешь? Монашка! На это я не подписывался.
Скарлет рассмеялась, дерзко и звонко.
— Монашка? Ну ты и попал, Хантер. Вот это поворот.
— Это не смешно, — ответил я, сжав кулаки. — Я думал, что у меня есть козырь, а тут такая фигня.
— Неужели великий Хантер Блэквуд испугался праведного гнева? — спросила ехидно фурия, поворачиваясь ко мне лицом и кладя ногу на ногу.
— Не хочу гробить последнее лето перед рабочим адом на побегушки за целкой.
— Хантер, милый, ты меня удивляешь… Отказываться от пари… Это низко. Не по-мужски. Ну и что с того, что она… как там говорят? Невеста божья?.. Заставишь её поверить в дьявола.
—Скарлет…
— А если повысим ставки?
— Зачем это тебе?
— В отличии от тебя, я от намеченных целей не отступаю. Я хочу, чтобы ты трахнул эту простушку. Хочу знать, что связываю жизнь с безжалостным убийцей, который ни перед чем не остановится на пути к своей цели. Только такой мужчина мне нужен, Хантер. На меньшее, на… посредственность, я не согласна.
—Посредственность? Ты серьёзно?
После таких слов я еле сдержался, чтобы не придушить невесту собственными руками. Да как она смеет меня оскорблять? Посредственность? Да я Хантер Блэквуд! От одного моего имени девицы выжимают трусики, а парни, съедаемые завистью, скалятся!
— И что ты предлагаешь?
Я увидел, как глаза сучки сверкнули победоносным блеском. Видел, но никак не ожидал того, что вырвется из её рта после.
— Я рожу тебе ребёнка.
Мне показалось, что в этот момент моё сердце перестало стучать… Ребёнка? Ещё несколько лет назад Скарлет поставила меня перед фактом — никаких детей. Если очень приспичит — через суррогатную мать. Видите ли, не хотела портить фигуру. А я, по какой-то злой шутки судьбы, всегда мечтал иметь ребёнка. В идеале — сына. Такого же шалопая, как я. Только в отличии от своего бати, я бы проводил с ним время. Именно из моих рук он отведал бы первый косячок, и именно я заказал бы для него первую шлюху. Наверное, странно мечтать о таком, будучи совсем юнцом… Но вот такие у меня нестандартные желания. О которых я как-то, напившись, поведал будущей жёнушке. И что же теперь? Она готова сдаться?
— Ты сейчас серьёзно?