И почему, чёрт возьми, её глаза до сих пор не выходят у меня из головы.
Глава 7. Доброе утро
ХАНТЕР
Я проснулся с улыбкой на лице. Не просто с хорошим настроением — а с предвкушением. С тем самым кайфом, когда знаешь, что сегодня забьёшь гол в пустые ворота. В голове уже крутился план: адрес, время и та самая сочная блондиночка из клуба, на которую я поспорил, что затащу её в постель. А Хантер не проигрывает.
Конечно, Скарлет не ставила мне жёстких временных рамок, но мне не хотелось сильно затягивать с выполнением миссии. Не собираюсь же я гробить всё лето на одну тёлку, верно? Верно! Я ещё в свои двадцать два не весь Лос-Анджелес перетрахал.
***
Душ, гель, лёгкий парфюм, который сводит девушек с ума, и идеально сидящий Tom Ford — чёрный, подчёркивающий плечи, потому что я не просто мажор, я чертовски симпатичный мажор.
Проверил отражение — да, блеск в глазах, лёгкая ухмылка, всё на месте.
Спускаюсь вниз, где уже ждут родители. Отец, Кристофер, с газетой в руках, мать, Адель, с этим своим вечным видом «мой сынуля — настоящий принц Калифорнии».
— Доброе утро, — бросаю небрежно, плюхаясь в кресло.
Официант моментально ставит передо мной тарелку с яйцами Бенедикт, икрой и трюфельным тостом. Кофе — только эспрессо, крепкий, без сахара.
— Я звонил тебе вчера, — начинает отец, не отрываясь от газеты.
— И? — откусываю тост.
— Интересно, почему ты не взял трубку.
— Был занят.
— Чем же? — поднимает бровь.
— Жизнью, — ухмыляюсь.
Мать тут же вступает в разговор, чтобы разрядить обстановку:
— Дорогой, я договорилась с отелем в Сан-Тропе. Ты же помнишь, мы обсуждали, что свадьба должна быть на берегу? Белый песок, павлин из хрусталя, триста гостей…
— Мам, — прерываю её, — ты серьёзно думаешь, мне интересно, какой там будет павлин?
— Хантер! — отец хлопает газетой по столу. — Ты ведёшь себя так, будто это не твоя свадьба.
— Потому что это не моя свадьба, — пью кофе. — А ваша. Вы её придумали, вы её организуете. Я просто должен буду там появиться и вовремя ляпнуть «согласен».
— Скарлет — идеальная партия! — всплескивает руками мать. — Её отец…
— …владеет половиной нефти в стране, да-да, сто раз слышал, — закатываю глаза.
— Ты что, нашёл кого-то лучше? — обеспокоенно спрашивает отец.
В голове мелькает образ той блондинки — длинные ноги, пухлые губы, взгляд, полный вызова...
— Не смеши. Скарлет меня вполне устраивает.
Отец хмыкает, но больше не допытывается.
Допиваю кофе, встаю.
— Всё, я пошёл.
— Куда? —хмурится мать.
— Универ. Мне на днях диплом защищать, если помните.
Отец фыркает:
— Вот это другой разговор.
Выхожу из дома и плюхаюсь на заднее сиденье лимузина.
— В универ? — спрашивает водитель Рой.
— Ага.
Лимузин трогается, и я прикрываю глаза.
***
— Мистер Блэквуд, мы приехали.
Голос водилы пробился сквозь мои грёзы, в которых я раздвигал ноги той самой темнокожей стриптизёрши из клуба «Vortex». Открываю глаза – перед мордой потное лицо шофёра, пахнущее дешёвым кофе и никотином.
— Бля, Рой, я тебе плачу за молчание, а не за утренние побудки, – ворчу, неохотно вываливаясь из лимузина.
Калифорнийский университет. Серое говно в псевдоготическом стиле, где тусуются будущие офисный планктон и феминистки третьей волны… И, тем не менее, лучший вуз на юге штатов. Ладно, осталось потерпеть совсем чуть-чуть.
Главный холл. Воняет дешёвым латте и дезодорантами «для бедных». И тут – бам – мой лотерейный билет.
Сара.
Очкастая мышь с тетрадкой у груди. Косички (блять, серьёзно? Это же 2025-й) и юбка, скрывающая всё, что могло бы хоть как-то заинтересовать нормального мужика. А её глазах – тот самый тупой блеск обожания, который делает игру такой лёгкой.