— А что началось? — кивнула Эрика на город, — Война началась, мать её!
— Именно, — кивнул блондин, — Еще когда работала связь, русские обрушились на итальянцев, прямо в разгар рабочего дня, а в китайские заведения заглянули сербы, причем вооруженные очень серьезно. Не успели люди и глазом моргнуть, как из главного порта заработали минометы, развалив за пятнадцать минут один из небоскребов в Верхнем городе. Там обосрались вообще все. От такого дерьма большие шишки тут же нажали на рубильник, оставив весь Басолан без связи, но уже было поздно. Впрочем, сейчас уже серьезных заруб мало, как оповестил меня наш чернокожий друг, но вот разошедшаяся мелочь продолжает устраивать кровавую баню. Их никто не будет останавливать, так что нам лучше пересидеть пару дней где-нибудь… не в городе.
Порт блокирован, аэропорт тоже, торговая инфраструктура встала, мирные жители забились по домам, а банды выясняют отношения и устраивают передел собственности. И все из-за одного человека. Кажется, я даже знаю, какого. Любителя танцующих розовых слоников.
— Ах да, — когда мы уже взбирались на борт тягача, раздался голос Мария, — Петр, не знаю, что ты там делал для отца Григория, но, кажется, ты сработал впустую. Его убили. Прямо в храме.
— Убили? — выдернув вякнувшую Няшку, ползшую по веревочной лестнице за мной, переспросил я, — Прямо вот совсем убили?
— Ага. Распилили бензопилой заживо. Мы даже знаем кто. Мара Сальватручча. Их людей сложно подделать.
Хм, на суицид не похоже. Хотя… всё возможно. Негр вполне мог решиться уйти с шумом на весь город. Всё-таки, как нам уже хорошо известно, дела у него шли не лучшим образом, особенно после того, как остальные члены их религиозного кружка обложили старика долгами за его шуточки. Тем не менее, они, по словам Гритта, живы и здоровы, а за нами тоже никто не пришёл. То есть — остальные храмы остались не тронуты. Более того, заглянувшие к православному негру татуированные гангстеры ничего с самим храмом не сделали, только запилили попа.
— Парни, кончайте прохлаждаться! — донесся до меня голос Армэна, уже заставившего тягач заурчать тяжелым дизельным двигателем, — Идемте ко мне! Девушки! Берите фонарики и проверяйте снаряжение! Пока идём без огней!
— Ахой! Йо-хо-хо, якорь мне в корму и готическую бабу в каюту!
— Марий, если ты ударишь Красовского, то я тебя поцелую!
— (сдавленный и всхлипывающий кашель японки итальянского происхождения)
— Юки, если ты укусишь эту стерву, то я подарю тебе этот ваш компьютер!
— (жалобное поскуливание)
— Марий Гритт так дешево не продается! Уточните характер и интенсивность поцелуя!
— … ладно, мы с Юки тебя поцелуем!
— (мертвое молчание издохшей на месте лисицы)
Оказывается, сваливание из охваченного насилием города здорово поднимает настроение!
Разогревающийся на ходу дизель бодро, хоть и достаточно медленно, понес нас к цели, ворчащий что-то своё Армэн Ди Вайн склонился с инструментами над картой, высчитывая координаты по старинке, а я стоял у штурвала и ничего не делал, пока Гритт заканчивал проверку больших прожекторов для ночных работ. Казалось, что через несколько часов у нас наступит новая жизнь.
В моем понимании, «новая» — была вовсе не хорошим, отменно укрепленным логовом, в котором сидел последний член нашей команды, этот подземный альв, отнюдь. Под новизной я понимал то, что развернется по всему городу из-за этой лютой подставы, которую организовал всем и каждому попиленный негритянский поп. Каким образом он узнал о компромате, собранном Артуром Берингом, мне было решительно непонятно, чего хотел добиться этим — тоже, но не воспользоваться эффектом этой «бомбы» мы не могли.
Кровь вопиет об отмщении. Месть в руках, держащих меч. Булат можно купить или взять в аренду. Мы — наемники. Необходимое зло, которому скоро прибавится высокооплачиваемой работы.
Сейчас я был почти уверен — не отключись в Апсародае связь, то нас бы завалило звонками. Черт, нужно как можно скорее искать нормальное оружие. Штурмовые винтовки, пистолеты-пулеметы, дробовики, гранаты… а еще подучить Юки. Она на вид неженка-неженкой, худенький и тоненький росточек, но это лишь видимость. Будь это на самом деле так — Широсаки уже был попробовала удрать от нас и от Инквизиции, даже зная, чем это кончится.
Несколько часов, пока здоровый старый морской трудяга шёл до цели, мы провели почти в праздности, даже умудрившись слегка подремать. Мне это на пользу пошло больше всех, так что, когда Армэн дал стоп машине и мы приступили к поискам контейнера, чувствовал я себя уже почти на сто процентов.