— И что бы ты сделала? — ехидно спросила тронутая за живое Иудина. — Как бы ты все перевернула, если порядок миллион лет существует?
— Да все проще пареной репы! Зациклились вы на своём прошлом, сидите как пауки в паутине. А жить надо днём сегодняшним. Вот слушайте! Огнь улетел на свидание к своей Ведьмине. Антихрист на симпозиуме или где-то там… И я оставлена командовать чертями от имени главного дьявола. Значит, стоит только…
— А Сантана? Ты, дорогуша, забыла о Сантане? Она под твою дудку плясать не захочет! — проговорил молчавший до сих пор Виталий.
— Это уж точно! — поддержал его Вермут. — С Сантаной даже Огнь боится связываться.
— А это уж, милый, твои проблемы, — улыбнулась многозначительно Ирина Виталию. — Ты, кажется, очень понравился хозяйке преисподней!
— Ты преувеличиваешь мои возможности. Может, её просто усыпить, подсыпать что-нибудь в вино. Она пьёт вино? А, Вермут?
— О! Это выход! Она не только вино пьёт. Она ещё и порошочком любит баловаться, — охотно поделился Вермут с грешниками знаниями слабостей своей тёщи.
— Ну вот, чудненько! Все получится, как я задумала. Объявляем по адовскому селектору указ о веселье. Пусть потушат на час все костры, остудят жаровни и сковородки. Они станут у нас танцплощадками и эстрадными сценами. Пусть освободят грешников: артистов, музыкантов, картёжников, шулеров, проституток. Выдать всем вина вволю…
— И сигарет, — поспешила добавить Иудина. Она в нетерпении прыгала вокруг Ирины и почёсывала копытом растрёпанную гриву.
Сообщение о вине, которого будет вволю, окончательно сделало Вермута союзником главной заговорщицы. Но Виталий все ещё колебался:
— Ты хорошо все обдумала? Не боишься? — спросил он Ирину. — Ведь не все грешники безобидны. Могут такое натворить, что и сатане не под силу. Убийцы, например, разные…
— Да, ты, как всегда, прав. Всех отпускать нельзя. — Она вспомнила того страшного окровавленного грешника у пещеры. — Так и объявим: особо опасных грешников — убийц, маньяков, извергов и политических деятелей — из пещер не выпускать и охрану не снимать! Все?
— Ещё проблема: где взять кокаин для Сантаны? — спросил озабоченный Виталий.
— Это не проблема, — ухмыльнулся Вермут, — такого добра в аду навалом! Пошли, я знаю, где взять.
— Меня найдёте во дворце Огня. Мы с Иудиной пойдём текст указа сочинять. Ни пуха ни пера!
— К чёрту! — засмеялся в ответ Виталий.
Глава 5
ГРЕШНИКАМ И В АДУ — РАЙ…
Главный зал дворца Огня напоминал теперь революционный штаб: не умолкал селектор, вбегали и выбегали с докладами и поручениями Ирины бесенята. Как только поступили сведения об открытии первого увеселительного заведения, туда поспешила Иудина, а за ней и Вермут. По видеотелефону Ирина несколько раз связывалась с дворцом Сантаны. Виталию без труда удалось дать ведьме героин, но вместо того, чтобы заснуть или пребывать в прострации, она возбудилась до такой степени, что Виталий давно лишился сил. Надо было помочь товарищу. И Ирина послала одного из бесенят во дворец Сантаны. Она заметила, как он плотоядно поглядывал на неё саму, обнюхивал и норовил дотронуться.
Приказ главной секретарши — заменить грешника — он помчался исполнять с восторгом. Через некоторое время на экране видео Ирина наблюдала, как бесёнок проворно выдернул из объятий Сантаны полузамученного грешника, отшвырнул его в сторону, а сам набросился со всей своей молодой бесовской страстью на урчащую от удовольствия чертиху. Ирина с облегчением вздохнула:
— Надеюсь, меня не посадят за растление малолетних? Этому бесёнку лет триста уже есть наверняка.
Вскоре во дворце появился Виталий. Он был поцарапан, со следами укусов на шее и груди. Злость в нём кипела, как смола в адском костре.
— Все, шабаш! Не могу больше! Лучше на раскалённую сковородку, чем на эту ведьму…
— Дурак! Это единственное наше спасение. На что ты ещё способен?
— Вот именно…
Но Ирина не успела дослушать, зазвонил видеотелефон, и счастливая физиономия Иудины заняла весь экран.
— Эй, ребята! Дуйте к нам! Здесь так классно. Развлечения на все вкусы. А я себе такого мальчика оторвала! — Из-под мышки Иудины торчали голые человеческие ноги, а дальнейшие слова её заглушил отборный мат.
— И на самом деле, пойдём погуляем! — предложила Ирина приятелю и взяла его под руку.
Виталий отскочил от неё как ужаленный:
— Сгинь, нечистая!!! Не прикасайся ко мне!
— Да ты что, спятил? Ни фига себе! Как мужика-то ад исправил, от любимого дела шарахается… — Ирина от души расхохоталась.
— И совсем не смешно, — обиделся Виталий. — Тут плакать надо!
— Ну, прости, прости, — перестала смеяться Ирина, — больше никогда до тебя не дотронусь. Пойдём, а то не успеем повеселиться.
На первой же площадке, где шло веселье, грешников встретили возгласами ликования. Их потащили к кострам, где вместо котлов со смолой жарились туши свиней или баранов, рядом сидели и лежали вперемешку грешники и черти. Все были пьяны. На коленях у некоторых визжали и хохотали женщины. Два огромных беса, в одном из которых Ирина узнала стража Великого Зверя, подошли к прибывшим гостям и положили под ноги им шкуры леопардов. Ирина и Виталий устроились на них со всеми удобствами. Женщина, одетая римской рабыней, поднесла им по кубку вина и тут же опустилась на колени перед Виталием, лаская и целуя его ноги. Ирина подмигнула приятелю:
— Ну, её ты тоже нечистой силой считаешь? По-моему, наложниц императора Нерона в твоей коллекции ещё не было? Стоит попробовать, а?
— Ты права, пожалуй, стоит!… Иди ко мне, красавица, покажи, что ты умеешь! — И Виталий увлёк римлянку на пушистый мех шкуры.
— А мне для полного счастья, наверное, только Казановы не хватает. Но здесь его нет. Значит, надо идти поискать. — Ирина хотела было встать со шкуры, как чьи-то сильные руки подхватили её, и она оказалась на плече своего гида. Страж Великого Зверя, расправив крылья, поднял свою ношу в воздух со словами:
— Тебе, сокровище Сатаны, не придётся больше сбивать свои ноги об острые камни. Приказывай, куда лететь!
Ирина перевела дыхание, справилась с волнением и как можно веселее крикнула:
— Вперёд, мой крылатый конь! Надо посмотреть, как веселятся мои подданные!
С высоты птичьего полёта ад предстал перед ней во всей своей мрачной красоте: что-то среднее между лунным ландшафтом, снимки которого печатались когда-то в старом доперестроечном «Огоньке», их снимали фотокамеры первых советских луноходов, и декорациями научно-фантастического фильма под названием «Мир неведомого» или что-то в этом духе. Голые скалы, куда ни глянь, кратеры вулканов, высохшие русла рек и реденькие рощицы каких-то колючих кустарников. На пологом склоне, заканчивающемся у подножия озером со свинцово-мрачной жидкостью, гуляла другая компания — поклонники Бахуса. Верховодил здесь Вермут. Копытом он ловко откупоривал бутылки и пробивал крышки банок с пивом. Чертенята едва успевали притаскивать новые ящики. Какой-то грешник в отлично сшитом костюме при галстуке руководил хором. Собутыльники уже в третий раз пытались запеть песню «Шумел камыш, деревья гнулись…» Но дальше первой строчки дело не двигалось. Все старались переорать друг друга, что-то вспоминали и, толкая соседа в бок, кричали:
— А помнишь, друг, когда водка была по 3.62…
— И вот мы сообразили на троих как следует, и вернулась моя жена…
— Слушай, слушай, а этот портвейн чертовски хорош. Как, бывалычи, наш советский — три семёрки.
Крылатый бес опустил Ирину на землю в самый центр шумной хмельной компании. Её встретили возгласами ликования. Два полупьяных чертёнка тут же прикатили огромный гладкий валун, на который усадили секретаршу главного дьявола и поднесли вино в отполированном, белом от времени человеческом черепе. Вино имело цвет свежей алой крови, но пахло великолепно.
— Из подвалов Великого Зверя, — пояснил приползший на четвереньках Вермут. — Так что не побрезгуй, выпей с нами.
Ирина пригубила из черепа. Это было знаменитое Абрау-Дюрсо. Спросила Вермута:
— И что, все хлещут Абрау-Дюрсо?
— Как же! С них и плодово-ягодного достаточно!
— Эй, Вермут, — позвали пьяные черти, — иди плесни и нам покрепче. Да расскажи ещё разок, как ты свой рог потерял. Это забавная история и наука молодым хорошая.