— Тварь, ты мне нос сломал, — подал голос парень, вставая с земли и бросаясь на брата.
Тут же завязалась жестокая драка. Кто-то пытался их образумить, но было бесполезно.
Брат озверел и наносил удары, по уже лежащему на земле парню, который даже не сопротивлялся.
Расталкивая руками всех на своем пути, я пробиралась ближе. Если сейчас его не остановить, может произойти непоправимое.
— Тимур, — крикнула я, срывая голос.
Брат замер и поднял голову. Наши взгляды пересеклись. И время будто остановилось. Нас накрыло вакуумом, куда не способны пробиться звуки. Только он и я. Его темные, обезумевшие глаза, прожгли меня насквозь. В них плескался настоящий коктейль чувств, готовых вырваться наружу. Не зная какая реакция от него последует, я внутренне сжалась, боялась даже шелохнуться. Тимур всматривался в меня, словно не верил, что это действительно я.
— Рина? — удивленно, проговорил он севшим голосом, выпрямляясь и делая шаг в мою сторону. — Малыш, что ты тут делаешь?
От его ласкового голоса меня окончательно прорвало. Эмоции захлестнули, выпуская на волю накопившееся напряжение и боль. Обхватив руками его шею, я разрыдалась во весь голос. Прижалась к нему всем телом. В голове была одна мысль: он живой и рядом со мной. Остальное не важно. Не имеет значения. Его тяжелые ладони на моей спине; горячее дыхание у моего виска и его тихий шепот.
— Тише, маленькая, — обхватив меня руками еще крепче, пытался успокоить. — Все хорошо.
— Хорошо? — крикнула я, отстраняясь от него. — Ты хоть представляешь, что могло случиться? Зачем ты так с нами? — продолжала рыдать я, опуская свои сжатые кулаки на его твердую грудь.
За нами наблюдали множество любопытных глаз и не могли сообразить, что происходит. Мне было наплевать на всех. Было все равно, что подумают. Для меня важен лишь один человек, и он стоит передо мной, смотрит в мои глаза, полные слез. В его взгляде читалась такая же боль, что сейчас беспощадно скручивала меня в тугой узел. Подняв руку к моему лицу, он нежно коснулся щеки, словно пытаясь разделить со мной эту боль. Вобрать в себя весь негатив и избавить меня от мучений. Я знала еще с детства, что ему тяжело было видеть мои слезы и он всегда делал все, чтобы они не появлялись. Сегодня это было неизбежно, и он чувствовал угрызения совести, так как именно он сейчас являлся их причиной.
— Тимур, твоя сестра совсем чокнутая! — я услышала за спиной голос его подружки. — Она ударила меня по лицу. Я это так просто не оставлю, — верещала она, пытаясь привлечь его внимание.
Его теплая ладонь покинула мою щеку, сохранив на коже легкое, приятное покалывание. Я опустила голову вниз, ожидая, что Тимур начнет меня ругать. Пусть ругает, мне все равно. Я ни капли не жалела о содеянном. Если будет нужно, я снова врежу этой дряни. Снова прибегу его спасать, даже ценой собственной жизни. Ведь он для меня — смысл жизни.
От пережитого стресса, я чувствовала сильную слабость во всем теле. Я едва держалась на ногах, а дождь продолжал лить: капли стекали по моему дрожащему телу.
— Рина, как ты? — Тимур, словно завороженный, стоял и смотрел на меня, игнорируя всех вокруг.
— Тимур, ты меня слышишь? Сделай же что-нибудь с этой ненормальной! — не унималась Лика, хватая его за руку.
— Да пошла ты нах. й! — прорычал он, заставляя меня вздрогнуть и поднять на него глаза.
Быстрым движением, он расстегнул свою куртку и набросил ее на мои плечи, окутывая меня теплом. Махнув всем, дал понять, что концерт окончен, обхватил меня за плечи и повел к мотоциклу.
Любопытные взгляды прожигали наши спины. Парни вслед кричали брату о сумме выигрыша, но он будто оглох. Я чувствовала, что его сейчас беспокоило только мое состояние. Меня продолжало трясти и кружилась голова, но его голос не давал мне окончательно лишиться чувств.
— Сейчас поедем домой, малыш, — тихо говорил он. — Потерпи. Слышишь?
Кивнув ему, я смотрела в его взволнованное лицо. Как я успела соскучится по его заботе и ласке. Я готова была рисковать своим здоровьем каждый день, лишь бы он был рядом, как сейчас.
Одев свой шлем на мою голову, он обхватил меня ладонями за плечи.
— Не бойся, я поеду небыстро. Крепче держись за меня, — говорил он мне, смотря в лицо.
Снова кивнув ему, я попыталась улыбнуться, но у меня ничего не вышло. Одежда промокла насквозь и мышцы одеревенели от холода. Тимур, подхватив меня, осторожно усадил на мотоцикл и завел мотор. Еще раз обеспокоенно посмотрев на меня, уселся рядом.
— Обхвати меня руками, — попросил он.
Робко, с замиранием сердца, я положила ладони на его талию. От моих легких касаний, его тело на миг стало каменным и напряженным. Взяв мои ладони в свои руки, он заставил меня крепче прижаться к его спине.