— Стража знает, что я тут, — Изабель сдвинула брови, — мама хочет завтра меня видеть. И Финнеган…
— Всё будет в порядке, — улыбнулась Аврора. — Он не слишком ужасен.
Изабель хихикнула.
— Он обычно нормальный. Даже хороший. Улыбается, рассказывает анекдоты. Но когда мама рядом, он словно сам не свой. Все улыбки становятся слишком большими.
Аврора села на табуретку и приманила жестом Изабель к себе.
— Думаю, твоя мать на многих людей влияет вот так.
Изабель едва заметно улыбнулась. Она села у ног Авроры, положив подбородок ей на колени.
— Не думаю, что он и вправду хочет на мне жениться.
— Похоже, что он тебя любит, но ты ведь намного младше него. Не думаю, что Финнеган из тех, кто позволил бы собой управлять. Никто бы не возражал против его отказа.
Изабель молчала довольно долго.
— Мама бы возражала. Она сказала бы, что я потерпела неудачу.
— Это не твоя вина.
— Но была бы, да? — Изабель вытянула шею, чтобы посмотреть на Аврору. — Мама говорит, что это самое большое, что я могу сделать, и если это правильно, то почему нет? И если я не сделаю, значит, я не достаточно хороша для этого! Что я не смогла…
Аврора провела пальцами по волосам Изабель.
— Нет, — мягко сказала она, — это не правда.
— Всё правильно с тобой. У тебя есть Родрик! Всё сработало!
— Не совсем верно, — возразила Аврора. — Моя мать говорила то же, что говорят тебе. Я не встречала принцев, но она всегда говорила, что моя обязанность — быть хорошей и восхищающей. Если я буду делать всё так, как надо, моё счастье придёт ко мне, — слова были такими многообещающими тогда. Если она выполнит свою обязанность, посидит в этой башне до восемнадцатилетия, счастье придёт.
— Я думаю, у неё тоже были женихи. Помню, в тот день, в последний мой день, она готовила меня к большому балу. В мой день рождения. И говорила мне обо всех принцах, что будут там. Я думаю, она собиралась меня выдать за одного из них замуж.
— Но ты выйдешь за Родрика. Да?
Аврора кивнула.
— Те принцы уже давно мертвы.
— Ты его любишь, да? — Изабель смотрела на неё своими большими глазами, словно в надежде на положительный ответ. Отчаянно и страшно. — Поскольку принцессы всегда любят принцев в историях, мама называет это глупостями. Она говорит, мы должны жениться и выходить замуж за лучших, а потом порадуешься. Но ты… ты любишь Родрика, правда? Как в книге!
Изабель дрожала под конец своей речи. Она продолжала смотреть на Аврору в надежде и страхе, и ответ застрял в горле. Как она могла сказать ей правду? Как могла сказать, что куда больше чувствовала к мятежнику из таверны, чем к к добросердечному старшему брату Изабель? Родрик заслужил её любви, а Тристан нет, но его предательство ещё горело в её груди, а доброта Родрика заслуживала только дружбы.
— Твой брат — хороший человек, — наконец сказала она медленно и осторожно. — Но я его едва знаю. Может, в будущем… Если история правдива…
Изабель не дрогнула и не отвернулась, но уголки её рта опустились. Она кивнула.
— Так и будет.
«Нет, не будет» — подумала Аврора, перебирая пряди Изабель в своих пальцах. История нереальна. Она разбужена по необходимости или совпадению, или Селестина решила, что пришло время, или магия слишком ослабла, чтобы держать её дольше. Но не из-за истинной любви.
Это не имело значения. Остальные верили в это, и это казалось достаточным основанием для свадьбы.
Аврора читала при свете свечи. Её ноги были завёрнуты в плед, одеяло наброшено на плечи. Замок молчал несколько часов. Даже слуги спали, но Аврора всё ещё была взволнована из-за её разговора с Изабель, чтобы спать. Она смотрела на страницы, но не могла разобрать слова.
Она собиралась сдаться и попытаться уснуть, когда услышала движение у двери. Шаги и шёпот. Она смотрела на дверь.
Ручка дёрнулась.
Аврора встала. У неё не было ничего даже отдалённо походящего на оружие, поэтому она крепче сжала книгу, чувствуя её вес. Если Селестина вновь придёт, она не сможет защититься.
Но когда дверь открылась, в комнат вошла не ведьма.
Это был Финнеган.
— Хорошо, что ты не спишь.
Она отступила назад, внезапно понимая, что её сорочка едва достаёт до колен.
— Финнеган! Что ты тут делаешь?!
— Мне надо кое-что тебе показать.
Она покачала головой. Её пальцы сжались вокруг книги.
— Моя стража.
— Они пустили меня.
— Ко мне?!
— Удивительно, что люди могут сделать за деньги. Я делаю тебе одолжение, приходя сюда.
— Ты делаешь мне одолжение? — повторила она. — Врываясь в мою комнату среди ночи?