— Нет. — Я холодно смотрела ему в глаза.
— Пятьдесят миллионов.
Эллаида подавилась собственной слюной, услышав эту цену. Ее брови поползли вверх. Еще ни одна модель в «ПАО» не получала таких денег за один контракт.
Я сделала короткий вздох, не прерывая зрительного контакта с Зейном.
— Почему я? — задала я интересующий меня вопрос.
— Я скажу вам об этом наедине, когда мы будем обговаривать контракт. То есть, если мы будем обговаривать контракт. Так вы согласны?
— Я подумаю и дам ответ. Завтра, — отстраненно ответила я.
— Хорошо. Я свяжусь с вами завтра. В семь вечера. Вам удобно?
— Нет. Позвоните в восемь.
— Хорошо, — сквозь зубы произнес Юсупов. — До завтра, Адель. До свидания, Эллаида. — Он поднялся с кресла и вышел из кабинета, оставив после себя шлейф дорого мужского парфюма.
— Ты понимаешь, что ты делаешь? — тихо спросила Эллаида своим сердитым голосом. Ее голубые глаза были полны недоумения. Она понизила голос, чтобы Ниль не услышала нас.
— Вполне, — спокойно ответила я.
— Этот контракт не принесет тебе ничего хорошего.
— А я и не жду ничего хорошего от этого, Эллаида.
— Ты совершаешь ошибку, Адель. Не мне тебя отговаривать. Ты вольна сама принимать решения. Но ты погубишь себя.
Я была единственной моделью в «ПАО», которой Эллаида шла на уступки. Она знала обо мне всё, поэтому старалась понять меня. До сих пор каждый мой шаг был обдуманным, а решение взвешенным. Я не давала себе право на ошибку. Я действовала с холодной головой. Возможно, что причиной этого стала моя излишняя жестокость. Но раньше я не была такой. Это он породил во мне зло. Он сделал из меня нечто похожее на чудовище. И я приняла это.
— Я давно уже загубленная душа, Эллаида. Я умерла в том доме три года назад. Меня больше нет. Есть только оболочка.
Перед моими глазами пронеслись кадры из прошлого, но я незамедлительно отогнала их.
— Оставь Юсупова, Адель. Дай себе шанс на жизнь. Возможно, что ты еще встретишь хорошего человека. Ты еще сможешь построить отношения и даже создать семью.
— Семью? — Я улыбнулась. — Нет. Мне не нужна семья. Мне нужен только Юсупов Куат Зейн Малик. Я ждала его не для того, чтобы отказаться от мести.
— Адель...
— Не надо, — перебила я ее. — Не надо. Ты не сможешь ничего изменить. Никто уже не сможет.
Я поднялась с дивана и направилась к выходу. Коснувшись ручки двери, я посмотрела на Эллаиду через плечо.
— Мои документы чисты? Он же не узнает ничего обо мне?
— Не узнает.
— Спасибо.
Я вышла из «ПАО» и, сев в автомобиль, поехала домой. Дорога была недолгой. Всего лишь десять минут езды, но мне казалось, что прошел час.
Я с трудом добралась до своей квартиры. Как только я закрыла за собой входную дверь, маска равнодушия и холода дала трещину. Я опустилась на колени и прислонилась спиной к стене. Мой взгляд упал на зеркало, висевшее напротив меня. Мое отражение сейчас напоминало неживую куклу. Впрочем, как и всегда.
Я прислушалась к тишине, которая царила в моей жизни уже три года. Просыпалась одна. Засыпала одна. Ела одна. Я всегда была одна. Только я и мои воспоминания, мир, который потерял краски давным-давно.
Прошло по меньшей мере два часа, прежде чем я встала с пола. Такое было вполне нормальным для меня: упасть где-нибудь в углу, думая обо всем и в то же время ни о чем. Я просто терялась где-то в параллельной вселенной.
Приняв душ, я налила себе горячий кофе и подошла к окну. Где-то там на улице протекала жизнь. Люди смеялись, радовались, улыбались. Я не завидовала им. Мне было плевать на них. Мне на всех было плевать.
Я коснулась кулона в виде розы, который висел на моей шее. Совершенно безвкусная вещица для мира моды, но очень дорогая для меня. Я сжала его в кулаке, чувствуя, как сердце пронзает боль.
— Ты самая красивая, — раздался мягкий голос в голове. — Я люблю тебя.
— Я тебя тоже люблю, — произнесла я в тишину.
По моей щеке скатилась слеза. Она капнула в кофе. Я усмехнулась и сделала глоток. Вот что я пила. Кофе со своими же слезами.
Глава 3.
«...Я ГЛАЗА ТВОИ ПОМНИТЬ БУДУ...»
Я взглянула на экран мобильного, который вибрировал на журнальном столике в гостиной. Соната Чайковского «Щелкунчик» Адажио заиграла новыми красками, когда я увидела незнакомый номер телефона. Время показывало ровно восемь часов вечера, поэтому я сразу догадалась, кто мне звонит.
Я целый день ждала звонка от Юсупова и подготовила себя к разговору, который у меня с ним состоится. Сделав глубокий вдох и резкий выдох, я ответила ему.
— Слушаю, — равнодушно произнесла я.
— Адель? — раздался низкий голос Зейна. Он странно произнес мое имя шепотом, но в то же время с некой твердостью в голосе. Я услышала, как он сделал долгий выдох, будто бы курил сигарету и выпускал клубок дыма.