— Нет, самое разумное — это послушать Мони, — я взял у него халат.
Подкладка была светло-голубой, почти серебристой.
Я просунул руки в рукава.
— А как насчет вертолетов? Они готовы к вылету на юг этим вечером?
— По поводу этого... — Чен нахмурился, уже в который, наверное, десятый раз за день.
— Зачем ты усложняешь и без того чертовски опасный день?
— Я хочу, чтобы ее сестры были в Восточном крыле.
— Завтра битва. Ты не забыл?
Я затянул пояс на халате — широкий, с замысловатой вышивкой лотосов и волнистых узоров.
— Лэй?
— Нет. Я не забыл, что завтра должен убить собственного отца. Как я могу забыть, когда ты мне напоминаешь об этом каждый чертов час?
Чен закатил глаза:
— Вместо того чтобы жарить мясо на костре, ты должен быть на вершине Горы Утопии, медитируя на силу и стратегию.
— Мони нужны ее сестры здесь, сегодня. А завтра для битвы мне нужна Мони. Так что если она будет спокойна и счастлива — я тоже.
— Пусть сестры приезжают, это нормально. Но банда Роу-стрит, совсем другое дело,
— А как еще, по-твоему, я должен был их сюда притащить? Естественно, Бэнкс захотел приехать, и я сразу понял, что он постарается затащить с собой еще своих людей.
Ху громко зевнул и, наконец, подал голос:
— Чен, думаю, на сегодня этого вполне достаточно. Нам вообще повезло, что Бэнкс пока не требует отчета о своих ребятах, которые все еще лежат на Горе Утопии.
Чен перешел на другую сторону комнаты, достал мой специальный пояс и вернулся с ним:
— Мне все равно кажется, что было глупо впускать Марсело вместе с ними.
Злость вспыхнула в груди:
— У меня есть на это свои причины.
— Какие именно?
— Мне нужно поговорить с Марсело.
Чен встал передо мной, держа пояс:
— Просто поговорить?
— Пока что да, — я выхватил у него пояс. Это было настоящее произведение искусства — плотная, темная кожа, украшенная серебряной фурнитурой. К нему крепился мой церемониальный меч. Рукоять инкрустирована нефритом и драгоценными камнями, а само лезвие, хоть и почти никогда не вынималось из ножен, содержалось в идеальном состоянии.
Меч символизировал мою власть и защиту Востока.
Я посмотрел на меч, думая о том, как мне придется защищать эту новую любовь между мной и Мони.
Дак подошел и окинул себя взглядом в зеркале:
— Если Марсело и Бэнкс приедут, Восток заполонит зеленая волна.
Я бросил на него серьезный взгляд:
— Пусть приводят столько людей, сколько захотят.
Ху отлепился от стены:
— Нам нужно расставить бойцов в тенях, на всякий случай.
— Можно, — пожал я плечами. — Но вы все должны вести себя идеально. Никаких драк, никаких провокаций. Сегодня главное, официально переселить сестер Мони в «Цветок лотоса».
Ху покачал головой:
— Вот с этим я как раз не согласен. Я считаю, что ее сестры должны переехать через несколько дней после битвы.
— Барбекю и чайная церемония. Иисусе Христе, — Чен смерил меня взглядом. — А утром ты минут двадцать разглагольствовал про гриль-баттл. Я был уверен, что ты под кайфом.
— Это будет дружеское состязание между Бэнксом и маминым шефом. Думаю, шеф Фу хочет произвести впечатление на Мони, — я кивнул в сторону Ху. — Ты поможешь мне судить.
Дак приподнял брови:
— А почему не я?
— Потому что ты терпеть не можешь Бэнкса. — Я повернулся к Болину и Фэнгэ. — Мой отец и дядя Сонг не должны присутствовать на барбекю. Я это не допущу. Проследите, чтобы их вывели с Востока.
Болин кивнул:
— Есть, Хозяин Горы.
Чен все еще выглядел недовольным:
— Наши тети тоже будут ждать приглашения. Если они об этом узнают, точно придут.
Я тяжело вздохнул, уже представляя себе эту сцену. Стоит только теткам увидеть сестер Мони, и все, начнется усыновление с последующим похищением.
— Уверен, наши тети придут. Я приглашу их во время чайной церемонии.
— Осторожней, — усмехнулся Дак. — Тетя Сьюзи клялась, что будет молчать до конца года… а потом наорала на нас целый час.
Я снова вздохнул, прекрасно понимая, что гнев теток все равно придется пережить:
— Если бы только они действительно умели молчать...
Дак рассмеялся.
Ху оскалился.
Чен продолжал внимательно на меня смотреть:
— А пока?
Я посмотрел на него:
— Что?
— Раньше ты сказал, что хочешь поговорить с Марсело. Только поговорить… пока что. Что ты имел в виду?
Я перевел взгляд на зеркало.
Оттуда на меня смотрело воплощение власти и традиции.
— Лэй? — Чен покачал головой. — Я всегда вижу, когда ты мысленно расставляешь фигуры на доске. Если ты задумал какой-то ход... я должен знать.