Потом он снова начал шагать по комнате.
— Я наблюдал за тобой достаточно долго, чтобы понять, что к тебе не подойти. Ты никому не доверяешь. Вечно занята. Работа. Сестры. Сон. Опять работа. — Он поднял палец в воздух. — Но каждый раз, когда возникали проблемы с твоим отцом, ты все бросала, чтобы с ними разобраться. Вот тогда я и понял, это мой шанс заставить тебя сдвинуться с места.
— Ты видел, как Сноу приходил ко мне из-за отцовских долгов в казино?
— Видел. Люди Сонга тоже. Мы все тогда хотели их убить, но… было рано. Шахматы — игра стратегии. Нужно уметь ждать.
Я переваривала все это и медленно встала с кровати.
— Так… ладно.
Он остановился и посмотрел на меня.
— Думай дальше, Моник. Теперь ты на Востоке. Вокруг тебя будут происходить такие же шахматные ходы. И ты обязана все просчитывать. Люди попытаются поставить тебя на свою доску. Но теперь ты моя дочь.
Против всякой логики, в груди что-то потеплело.
— А ты, — Лео смотрел на меня с дикой, фанатичной решимостью, — поставишь их на свою.
— Думай.
Я вспомнила тот день, когда Сноу ворвался ко мне в квартиру. Перемотала в памяти все заново.
Я не опустила винтовку, все так же направленнуюна Сноу.
— Что мой отец опять натворил?
— Вчера вечером он зашел в казино. Я пригласил его сыграть в блэкджек с крупными игроками., — сказал Сноу.
Я задрожала.
— Зачем ты это сделал? У него ведь нет денег.
— Он был пьян, — сказал Сноу. — И поставил на вас.
Я вскинула брови:
— В каком смысле, поставил на нас?
Датч усмехнулся:
— Он предложил тебя и твоих сестер в качестве залога.
— Он не мог так сделать. — Я покачала головой. — Мы ему не принадлежим.
— Ага. Мне все это показалось чертовски смешным, — Датч оглядел гостиную. — Я его никогда всерьез не воспринимал, но все равно дал сыграть..
Пазл начал сходиться.
Я уставилась на Лео:
— Ты был на той вип игре?
На его лице медленно появилась дьявольская ухмылка:
— Хорошо соображаешь. Да, мы с Сонгом там были.
— Семьдесят пять тысяч в сумке… это были твои деньги?
— Конечно мои.
Черт возьми…
Теперь уже я начала метаться по комнате, не в силах стоять на месте.
— Так мой отец сам додумался предложить нас в залог? Или это ты как-то… подкинул ему эту идею?
— Возможно, слегка подтолкнул. Такие, как твой отец и Сноу… стоит им услышать намек, и они уже уверены, что сами до этого додумались, — Лео скрестил руки на груди и наблюдал за мной, как хищник, обучающий детеныша первой охоте.
— Думай глубже. Ты начала с игры. А теперь вспомни, что было прямо перед этим.
— Он пришел пьяный… — губы предательски дрогнули. — Это ты его напоил?
— Это сделал Йонг.
— Йонг?.. Тот самый, про которого Джо говорила, что он обожает Тупака и ездит на Cadillac?
— Он самый. Йонг и привел твоего отца на ту игру.
— То есть Йонг тоже был за столом для випов?
Лео кивнул.
Меня передернуло. Я отступила на шаг:
— И как ты мог быть уверен, что отец возьмет ту сумку?
— Еще до того, как они туда приехали, Йонг сказал ему это сделать. Пообещал, что у него есть связи, и он все устроит, прикроет, если что.
Я покачала головой, в голосе дрожала ярость:
— Какого хрена вообще?!
— Он сам себя в это втянул…
— Не совсем…
— После смерти твоей матери он должен был заботиться о вас всех. Моя жена была бы жива, если бы он хоть что-то сделал, — лицо Лео перекосилось от ненависти, как будто он был готов убить моего отца еще раз. — Еще раньше, когда она боролась с раком, он должен был быть рядом. Поддержать. Если бы он это сделал, она бы, может, и не сломалась.
— Мы… мы не можем знать этого точно…
— Она сдалась, потому что у нее было разбито сердце.
— Не говори так…
— Моя жена в это верила.
Во мне больше не осталось слез.
Во взгляде Лео поселилась сама смерть.
— Твой отец был пиявкой. Он высасывал из всего надежду и жизнь. Жалкое подобие мужчины. У него было четыре прекрасные дочери. Все умные. Все сильные. Все умеющие любить. А он, сука, бросил их в той облезлой, дырявой квартире выживать как получится.
Он склонил голову набок.
— Знаешь, когда я понял, что именно ты должна стать Хозяйкой Горы?
Сердце заныло так, будто в него воткнули нож.