— И я доверяю твоему чувству, — сказал Лео. — Думаю, ты права. Янь вполне может выскочить прямо на арену, пока я истекаю кровью, и напасть на Лэя, когда тот будет уже измотан.
Он встретился взглядом с братом:
— А ты как думаешь?
Сонг нахмурился:
— Думаю, сначала нам нужно выбраться с Востока. Если Лэй убьет тебя сегодня, все разговоры о Янь вообще теряют смысл.
Лео долго смотрел на брата.
— Может, я и был хорошим Хозяином Горы… но вот как отец…
Я сжала губы.
Лео выдохнул:
— Не укладывается в голове, как Янь могла вернуться ко мне с телом Шанель, делая вид, будто она заботливая, любящая дочь. Она знала о моем плане. Но все равно строила интриги, чтобы разрушить все, как только меня не станет.
— Эм… — я подняла бровь. — У тебя тело Шанель?
— Да. Это была задача Янь.
— Ты послал ее на Гору Утопии за ним?
— Послал. И, судя по всему, она решила заодно поболтать.
— Но… зачем вообще поручать ей это?
— Я не знал, что Лэй собирается делать с телом, — произнес Лео, — а мне нужно было, чтобы он сосредоточился на тебе…
— Лео, я убедила Лэя вернуть тело Шанель «Воронам Убийцам». Это должно было случиться на следующее утро, но Янь украла его, и Лэй бросил меня, чтобы погнаться за ней.
Теперь уже Лео моргнул в шоке:
— Ты убедила моего сына отдать ее тело?
— Ну, у нас был долгий разговор. Я говорила о логике, горе и вообще… но да, он согласился.
— И наверняка ты пригрозила уйти?
— Ну… и это тоже было, да.
Лео снова начал тереть подбородок:
— Я собирался передать тело на Запад после битвы.
— Я, конечно, пока только вникаю во все это, но, по-моему, ты не должен быть тем, кто отдаст тело. Мне кажется, Лэй сам должен передать его сестре Шанель… и объяснить свои действия.
Лео и Сонг переглянулись.
Я понятия не имела, дельную ли вещь только что сказала.
Лео спросил:
— И что еще?
— Ну… я уже поговорила с Бэнксом и убедилась, что Юг устроит такой исход.
— Юг простит все, если Лэй отдаст тело «Воронам Убийцам» и объяснит, что произошло?
— Да.
К моему удивлению, Сонг тепло мне улыбнулся:
— Мне нравится все, что ты сейчас сказала… Хозяйка Горы.
Я напряглась.
Сонг кивнул:
— Однако Лэй не должен возвращать тело на Запад, пока не докажет, что убил Лео.
Лео дотронулся до своей шеи:
— Пусть покажет им мою голову.
— Эм… — я распахнула глаза в ужасе. — О-кей.
— Это очень важно, Моник.
— Хорошо, — я с трудом сдержала тошноту от мысли, что у Лэя может оказаться голова Лео и тело Шанель. Это все было слишком, просто пиздец как тяжело. Но я подавила отвращение и продолжила: — Тогда, вместо того чтобы везти тело Шанель на Запад, пусть Лэй передаст его Чену сразу после битвы.
Сонг чуть наклонился вперед:
— Обещаю, так и сделаю.
— Если… битва вообще будет нужна, — добавила я.
Лео ухмыльнулся:
— Я уже объяснил, почему должен умереть, Моник.
Я посмотрела на него:
— Ладно.
— Сейчас ты на Востоке.
Я тяжело вздохнула:
— Слушай… я не хочу, чтобы ты убил Янь из-за того, что я только что рассказала.
— То есть ты предпочитаешь, чтобы Лэй был вынужден убить ее после того, как прикончит меня?
Блядь. Справедливое замечание.
— Я сам должен решить эту проблему, Моник. Это ведь я ее создал, — Лео провел рукой по лбу. — Цзин… она много раз пыталась меня остановить, еще когда они были детьми. И… слишком часто я не слушал ее. Считал, что знаю лучше. А на деле, ни хрена я не знал. Поэтому ты и должна быть рядом с Лэем, когда дело дойдет до моих внуков. Ты понимаешь?
— Да, — я сглотнула. — Но… мне не нравится, что на Востоке слишком многие решения заканчиваются смертью.
— Тогда измени это, Моник. Стань переменой, — Лео опустил руку. — Черт. Нам нужно провести церемонию чая…
— Брат, надо вытащить тебя отсюда, — Сонг выпрямился и направился к лестнице. — Может, мне удастся поговорить с Лэем и договориться, чтобы нас выпустили с Востока без жертв.
Лео фыркнул:
— Мы увели Моник из дворца. Он тебя не послушает. Он будет не в себе.
Я приложила руку к груди:
— Тогда я сама поговорю с Лэем.
— Как только ты покинешь этот дом и окажешься в безопасности рядом с ним, битва начнется. Прямо здесь, в доме его детства. И он не отступит от этого. Не уступит тебе, — Лео покачал головой. — Битва в «Цветке лотоса»… Цзин пролила бы слезы на небесах, увидев такое.