Смерть за смертью. Почему на Востоке все должно решаться через насилие?
Но что важнее… почему мне вообще не все равно?
И почему… почему я вдруг все сильнее склоняюсь к тому, чтобы Лео остался в живых?
Теперь, когда я знала все, я видела: Лео убивал не из чистой злобы. Это была стратегия. Почти… отцовская. Ужасающе больная, но продуманная.
Он обрезал ветви, которые могли задушить будущее, какое он представлял для своей семьи. Для своего королевства.
Разве не было в его безжалостной хладнокровности чего-то… почти похожего на любовь?
Он плел всю эту тьму, чтобы защитить то, что считал своим самым дорогим. Почти как отец, который сам уходит в тень, лишь бы его дети всегда купались в свете.
Именно это противоречие больше всего выбивало меня из равновесия.
Потому что… я бы тоже сделала все, чтобы защитить своих сестер.
Я не хочу, чтобы Лэй и Лео сражались. Сейчас — нет. Это просто разорвет мне сердце.
Сонг уже спускался по лестнице, а Лео начал отдавать приказы своим людям — охранять нижний уровень. А я… я все думала о том, как он говорил, что готов умереть, лишь бы воссоединиться с Цзин. О том, как он верит, что только его смерть позволит Лэю раскрыться по-настоящему.
Блин. Вот это уже по-настоящему тяжело. Я, может, и убила бы ради своих сестер… но умереть за них? Не уверена.
Звучит безумно, но я все больше застревала в мыслях о смерти Лео. Где-то глубоко внутри, в той части себя, которую мне самой было неудобно признавать, я не хотела, чтобы он умирал. Возможно, потому что в этом извращенном новом безумном мире он был готов быть моим проводником на Востоке. Пусть даже морально все это выглядело… весьма мутно.
И была еще одна вещь, которая зудела где-то в груди, и мне она чертовски не нравилась.
Разве часть меня… не начинала видеть в нем отцовскую фигуру?
Эта мысль проглатывалась с трудом. Будто ком в горле, который даже признать страшно.
Я потеряла обоих родителей. А потом меня швырнули в роль, к которой я вообще не была готова, в эту странную землю под названием Восток, где все пронизано правилами, о которых я ни черта не знала. И вдруг, Лео, фигура, настолько властная, настолько уверенная в себе и в этом мире.
Он ведь, по сути… сам и создал все эти гребаные правила.
Но как мне примириться с тем, что я чувствую к нему сразу и понимание, и отвращение?
Он убийца, манипулятор, настоящий стратег, который расставляет людей, как фигуры на шахматной доске.
И все же, он способен на любовь. На жертву. И в этом была своя страшная, но несомненная глубина.
Может, вот она и есть, настоящая власть: тяжелая корона из шипов, вплетенная в цветы. Красивая, но впивающаяся в кожу. Украшающая лоб, и оставляющая на нем кровь.
И тут в дверь начали с силой долбиться. Снова и снова. Грохот вернул меня в реальность.
Блядь. Они же сейчас ее просто вынесут… Стоп. Это же мой дом. Нет. Только не дверь.
Против всякой логики я направилась туда.
И, к своему удивлению, Лео меня не остановил. Он просто пошел следом, с каким-то странным интересом на лице.
— Что ты собираешься делать, Моник?
Я спустилась по лестнице:
— Лэю просто нужно знать, что со мной все в порядке. Думаю, это хоть немного поубавит их шум.
— Хорошо.
— А еще ему надо понять, что мне нравится эта дверь, с этими крутыми резными драконами, и я буду реально зла, если они расколют ее к чертовой матери пополам.
Лео аж просиял:
— Я заказал эту дверь из деревни Лусун — это такие красивые фермерские земли в Китае, славятся резьбой по дереву.
— Круто.
— Очень круто.
Мы спустились еще ниже.
Лео продолжил:
— Моник, Лэй и я не можем сражаться сегодня. Это — святилище Цзин. Кроме того, еще не все готово к моей смерти…
— Я согласна. Я не хочу ни битвы, ни чьей-то смерти, — я напряглась. — Я что-нибудь придумаю.
Надеюсь…
Удары в дверь стали еще громче, еще настойчивее.
С моей позиции я видела, как Сонг стоял поблизости, а рядом с ним — десять бойцов, готовых ринуться в драку, если потребуется. Еще шестеро окружили моих фрейлин в углу.
А Лео покачал головой:
— Дел невпроворот. Я вообще собирался сегодня отдать тебе свои тетради. Там записаны идеи и стратегии… все, над чем мы с Цзин работали вместе. Это помогло бы тебе увидеть картину целиком.
При упоминании Цзин внутри все сжалось. Несмотря ни на что… мне и правда было интересно узнать больше о женщине, которая повлияла на всю эту систему, даже не подозревая об этом.