Я сдалась в этом внутреннем сумасшедшем споре и призналась:
— Я хочу учиться у тебя, Лео. Все, чему ты можешь меня научить — даже самое безумное — может оказаться полезным здесь.
— Вот это я и надеялся услышать.
— Нам просто нужно, чтобы Лэй понял это.
— Или мы можем тайно увезти тебя…
— Нет. Я не собираюсь ничего замышлять за спиной у Лэя. Что бы мы ни делали — он должен знать.
Лео ухмыльнулся:
— Ты ему подходишь. Цзин была права. Ты именно та женщина, которая нужна Лэю — надежная, добрая, верная… и, что самое главное, умеющая любить.
Я стараюсь.
Мы дошли до нижнего этажа.
Сонг обернулся, лицо было напряженным:
— С тем, как они колотят в дверь… я боюсь ее открывать.
А Лео все продолжал рассказывать о своих планах на меня, будто сейчас не должно было начаться полное безумие:
— Мне нужен хотя бы еще один день, чтобы успеть рассказать тебе больше… ну и, конечно, провести чайную церемонию.
Сердце заколотилось:
— Да.
— Ты должна понять, что речь идет не просто о том, чтобы выжить здесь, на Востоке. Нужно суметь по-настоящему выстоять. Чтобы ты и Лэй могли править и не утонуть в собственной тени.
Вот же засранец, все строит планы… Нам бы вообще-то Лэя успокоить, а не тут мозговые штурмы устраивать.
Лео тяжело выдохнул:
— Цзин была… мастером выживания в мутной воде. Никто не знал этого, потому что на людях она молчала, но в частном порядке была стратег до мозга костей. Ты могла бы многому у нее научиться.
— Лео, хорошо, но сейчас нам нужно сосредоточиться на том, что происходит прямо сейчас, — я заметила одно из больших окон в гостиной… и увидела за ним кучу вооруженных мужчин с мечами.
Блядь.
Я моргнула.
Подожди… Кажется, у меня есть идея.
Я направилась к окну.
Сонг наблюдал за мной:
— Что она делает?
Лео рассмеялся, как безумец:
— Она вступает в свою силу.
Не знаю уж, про силу ли это…
Стук и крики за дверью достигли апогея, и я поняла, что нужно действовать быстро, пока дверь не превратили в щепки.
Я рванула к большому окну в гостиной и увидела, как снаружи бушует толпа, мечи наготове, злость на лицах, все это в сером свете позднего дня.
Черт возьми. К Востоку еще долго придется привыкать.
Вдали я заметила тетю Мин и тетю Сьюзи, их вели, связав руки за спиной. Одежда изорвана, волосы растрепаны.
Вокруг них, не меньше десяти человек.
— Что? Нет! — я сунула фотоальбом Лэю, прижала ладони к прохладному стеклу и резко постучала. — Эй!! Эй!! Сюда смотрите!
Прошло несколько секунд, и гул толпы начал стихать. Головы повернулись в мою сторону.
Я замахала им.
И тут передо мной начала расчищаться дорога.
Лэй появился впереди всей этой громилы-толпы. Лицо искажено яростью. На нем не было рубашки, и мышцы под кожей напрягались, будто все его тело стянуло невидимой, натянутой до предела струной.
Оу, малыш. Я в порядке.
Я замахала ему рукой:
— Лэй! Иди сюда!
Он рванул ко мне, перемахнув через ступени в один прыжок, меч в руке. Подскочил к окну. Сквозь стекло голос звучал приглушенно:
— Мони! Ты в порядке?!
— Полностью. Мы просто разговаривали. Серьезно, Лэй, у меня теперь есть ответы! — Я прижала ладонь к стеклу, будто могла дотянуться до него. — Только не ломай дверь, ладно? Она мне очень нравится.
Он вглядывался в меня, и я видела, как его брови хмурятся — наверное, заметил за моей спиной Лео.
— Отойди от него, Мони. Это небезопасно.
Я покачала головой:
— Лэй, послушай меня. Мне ничто не угрожает. Мы с твоим отцом просто говорили. Здесь сейчас нет опасности. Наоборот… я хочу, чтобы ты отпустил Лео и дядю Сонга.
— Что?! — Лицо Лэя перекосило. Он сжал кулаки, жилы на шее вздулись. — Он сдохнет сегодня.
Я отступила.
— Он не может умереть сегодня! Лэй… просто… отпусти его. Я все объясню.
— Вы теперь друзья, что ли? — процедил Лэй.
— Что? Нет! Просто… у меня появились ответы, и все начало складываться, — я пыталась говорить спокойно.
— Рад за тебя, что ты все поняла. А теперь я хочу его смерти.
За моей спиной Лео хмыкнул:
— Он точно сын своего отца. Без сомнений.
Я сглотнула:
— Пожалуйста, Лэй, сделай это ради меня. Пусть отец и дядя Сонг уйдут, и тогда…
— С чего бы мне это делать?
— У тебя скоро битва, и…
— Мне похуй на эту битву! — рявкнул он и махнул своим людям. — Вышибите эту ебаную дверь! Заберите ее!