— Дело не в том, что он может потерять. А в том, что он может приобрести, если сдержит слово. Он знает, что поставлено на кон, Лэй. И Моник тоже знает.
Я поморщился.
— Мони умная, но она не понимает наших правил, Чен. Восток ей чужой, как и уровень жестокости моего отца.
— Возможно, — кивнул он. — Но, может, именно поэтому ее план и сработает.
— Почему?
— Потому что она видит то, что мы уже не замечаем. Мы слишком застряли в страхе перед дядей Лео и в плену восточных традиций.
Я хотел возразить. Хотел сказать, что наши страхи выросли не из пустоты, а из крови, пролитой за поколения. Что тени здесь — не иллюзия, а реальность.
Но следующие его слова оборвали меня.
— Подумай сам, Лэй. Сегодня она встала прямо с лезвием у горла. И при этом взяла ситуацию в свои руки так, как не каждый опытный лидер Востока осмелился бы. Все боятся дядю Лео. Даже тебя. А она заставила вас обоих пойти на уступки. Без усилий.
Дак кивнул:
— Это не просто храбрость. Это будущая Хозяйка Горы.
Чен пожал плечами:
— Вынужден согласиться с братом. Она не просто живет в тени наших обычаев. Она уже вписывает в них свое имя. Давай просто… доверимся ей.
Его слова повисли между нами, как звон в ушах после выстрела.
Сердце сжалось от боли.
Конечно, я понимал, что Мони действительно проявила твердость. Она заставила и моего отца, и меня прийти к соглашению, в момент, когда все могло обернуться кровавой бойней прямо у порога моего детства.
Но…
А если это любовь?
Может, она делает человека неадекватным?
Заставляет думать как идиот?
Превращает даже самого разумного в чертовски глупого?
Потому что прямо сейчас мне нужно было только одно, чтобы она была жива, рядом, в моих объятиях.
Мне было плевать, насколько смелой она была.
Насколько доказала, что достойна быть лидером.
Мне было плевать.
Ни черта из этого не имело значения.
Отец угрожал ее жизни. И даже сейчас она по-прежнему далеко от меня — рядом с ним.
Я должен вернуть ее. Забрать. Оберечь. Увезти подальше от его заточенного клинка.
Отец… пожалуйста… не убивай ее, как убил Шанель. Я все понял. Прошу… это моя жизнь… мое счастье… и Мони…
Я с трудом проглотил ком в горле.
Мони не заслужила стать мишенью твоих угроз. Она… она лучше нас.
Меня выдернул из мыслей голос Чена:
— Финальная битва важна для дяди Лео. Он не станет портить то, к чему так долго шел.
— То есть… ты думаешь, мне стоит сдержать обещание и отпустить его, если Мони окажется в безопасности?
— Ты обязан сдержать его, Лэй.
— Я никогда не прощу его за то, что он угрожал ее жизни.
— И не нужно, — спокойно ответил Чен. — Оставь эту злость до боя. Выплесни ее там.
Он выдохнул, долго и устало:
— Как только сегодняшний день закончится… останется всего два. Ему незачем срывать сделку. Вся кровь прольется на арене.
— Надеюсь, ты прав, — я не отрывал взгляда от машины впереди. — Просто… мне страшно. Я не хочу, чтобы она снова стала пешкой в его игре. Мысли о том, что она может пострадать из-за решений, которые я не могу контролировать… сводят меня с ума.
Ху откашлялся:
— Дело не только в контроле, Лэй. Дело в доверии.
Я повернулся и посмотрел на него.
Он продолжил:
— Доверяй силе Моник. Ее способности стоять рядом с тобой. Не за тобой.
Я сжал губы.
Ху пожал плечами:
— Ты ее любишь. Хочешь защитить. Но защита, это не только охрана. Это еще и доверие к ее решениям. Даже если они пугают тебя.
Повисла тишина. Я переваривал его слова.
А если они правы?
Если мой страх и желание уберечь Мони мешают мне мыслить здраво?
Будто услышав мои мысли, Дак заговорил:
— Моник стоит отдать должное. Она быстро учится, когда дело касается дяди Лео. И тебя.
Я повернулся обратно, вновь уставился на машину впереди.
И вспомнил, что она сказала мне до того, как ушла с отцом.
— Я в порядке. Просто… доверься мне, Лэй. Все будет хорошо.
Я сжал кулаки, заставляя себя сохранять спокойствие.
Доверие…
Одно короткое слово, но сколько в нем веса.
Могу ли я доверить ей человека, который выковал меня железом и огнем? Который ни разу не колебался перед насилием или смертью, когда хотел преподать урок?
Черт бы тебя побрал, Мони. Я постараюсь. Клянусь Богом… просто…
Меня пробрала холодная дрожь.
Я не могу тебя потерять. Не могу… но… я доверюсь тебе.
Руки подрагивали, пока я пытался принять эту новую мысль. Новый путь.