Теперь, глядя на телефон, лежащий на подоконнике, я точно знала, что вот-вот столкнусь с этой яростью лицом к лицу.
— Марси... со мной все в порядке... правда.
— Я позволил этому выйти из-под контроля.
— Ты ничего не позволил. Потому что это я контролирую ситуацию.
— Лэй причинил тебе боль?
— Нет.
— Ни один гребаный палец не касался твоего тела?
— Не для того, чтобы причинить боль.
— Но он прикасался к тебе?
— Марси, что ты сейчас вообще спрашиваешь?
— Ты в безопасности?
— В самой большой безопасности за всю мою жизнь.
— Я тоже тебя всегда защищал…
— Конечно, защищал. Я просто говорю, что если кто-нибудь на Востоке даже подумает поднять на меня руку, он проснется с «Четырьмя Тузами» в спальне, и ему накостыляют так, что мало не покажется.
— Где ты? Я еду к тебе прямо сейчас…
— Нет, ты не едешь, потому что мы увидимся завтра…
— Я хочу увидеть тебя сейчас. Хочу убедиться, что с тобой все в порядке.
— То есть... ты хочешь сказать, Марси, что не доверяешь мне? Думаешь, я вру?
Я знала — это заставит его замолчать.
И действительно, в трубке повисла гробовая тишина.
Потом я услышала, как он глубоко вдохнул и медленно выдохнул:
— Дело не в том, что я не доверяю тебе, МоМо. Я не доверяю «Четырем Тузам».
— Я уже это поняла. Но если даже Бэнкс, после разговора со мной, успокоился и начал планировать, черт возьми, барбекю, то ты должен понимать, все под контролем.
— Я просто волнуюсь за тебя.
Я улыбнулась:
— А я волнуюсь за тебя.
— Со мной все нормально.
— Не уверена. Насколько я знаю, ты, кажется, глава банды под названием «Роу-стрит»…
— Мы сейчас не про меня говорим.
— А вот и надо бы. Бэнкс с тобой еще смеют поучать меня, что мне нужно быть осторожной. Хотя вы оба спокойно крутите целую незаконную операцию…
— У нас не все незаконно. И я уже работаю над тем, чтобы сделать все по закону. Просто это займет пару лет…
— Надеюсь, вы за это время себя не угробите.
— У меня безупречный план.
— И в чем он?
— Очень умно, МоМо. Думаешь, теперь мы говорим обо мне? А вот и нет.
— Но я все равно хочу узнать твой план. Знаешь почему, Марси?
— Почему?
— Потому что ты всегда тащишь все на своих плечах, стараешься защитить всех вокруг… и при этом почти всегда забываешь, что тебе самому тоже нужна защита.
— Ты хочешь приехать и защищать меня? — Его голос стал таким... игривым. — Давай. Я пришлю за тобой машину на Восток. Скажи своему Хозяину Горы, чтобы он открыл ворота.
— Ворота открыты.
— Ни хрена. Они захлопнулись, как только Лео уехал и твоя пресс-конференция закончилась. Поверь, я проверял.
Я нахмурилась:
— Вы с Бэнксом, похоже, забываете, что я вообще-то умею за себя постоять.
— Я это знаю. Но это не значит, что я перестану за тебя волноваться.
— Со мной все в порядке.
— У меня есть три элитных жилых комплекса на Юге.
— О-кей?..
— Выбирай любой, и я уже сегодня переселю туда тебя с сестрами. Без аренды, все уже обставлено. Дай добро и я пришлю машину….
— У меня теперь есть дом.
— У тебя — сделка с дьяволом. Я знаю Лэя дольше, чем ты. Когда Шанель была жива, он за ней следил.
Я напряглась.
— Он стоял под ее окном каждую гребаную ночь. Даже после того, как она вышла замуж.
— А она просила его остановиться?
— Сейчас не об этом.
— По словам отца Лэя, Лео, Шанель сама хотела сохранить власть над ним…
— То есть теперь мы виним жертву?
— Ты правда думаешь, что она была жертвой в этой истории? — Я приподняла брови. — Я серьезно спрашиваю. Просто… я знаю только версию Востока. А ты что думаешь?
Марси тяжело вздохнул:
— Нет. Я не думаю, что Шанель была жертвой. Но я все равно считаю, что Лэй — ебучий псих, раз следил за ней, и не забывай, он же тело ее держал и делал с ним грязные вещи.
— Он не делал ничего с ее телом…
— Это он тебе так сказал…
— Я знаю Лэя достаточно, чтобы быть уверенной, он бы не стал.
— Ты его, блядь, только что встретила. Он сказал тебе, что у него гарем есть?
— Марси, я видела этот гарем.
— Выбирай любую квартиру в одном из моих комплексов…
— У меня уже есть дом.
— Потому что ты теперь его Хозяйка Горы? К слову, он перешел все границы и нарушил правила всего Синдиката…
— Марси... пожалуйста... просто остынь хоть немного.
— МоМо.
— Пожалуйста.