Выбрать главу

Этого не могло случиться.

 Грудь сдавило так, что невозможно вздохнуть. «Это чувство вины», - догадалась Маргарит, но для нее это было непозволительно. Она оказывала пациенту посильную помощь… даже не веря, вплоть до самого конца, что у миссис Данбери рецидив, и что она действительно умирает. Было сделано все возможное, чтобы попытаться спасти ей жизнь. Все напрасно. Мадам Фостер оказалась права.

 Она моргнула сухими воспаленными глазами. Когда миссис Данбери поверила в худшее и быстро угасла за три дня, Маргарит отказывалась сознавать, что ясновидица, возможно, не ошиблась. Это было невыносимо. Но если она предсказала правду…

 Маргарит яростно замотала головой и сглотнула тугой ком в горле. Ее внимание остановилось на скорбящей дочери миссис Данбери. Несчастное создание со слишком длинным носом и нелепыми усами. Ей никогда не выйти замуж. До приезда Маргарит она являлась бессменной компаньонкой своей матери. Сказать, что появление Маргарит вызвало неприязнь - ничего не сказать.

 - Почему? Почему? Ведь ей было намного лучше… она шла на поправку, ты так сказала! – мисс Данбери билась на кровати рядом с матерью, напоминая истеричного ребенка. – Ты сказала так, Маргарит, ты так сказала!

 Маргарит вздрогнула. Она не могла произнести ни слова, объяснений не существовало. В ее голове материализовалось лицо мадам Фостер. Вы не проживете и недели. Ее пророческие слова сбылись.

 Покачав головой, она положила руки на плечи молодой женщины, которые та незамедлительно сбросила.

 Нервно облизнув губы, Маргарит попыталась произнести свои традиционные соболезнования:

 - Мне жаль. Ваша мать прожила хорошую жизнь. Полноценную жизнь… Горести миновали ее.

 Она каждый раз повторяла эту фразу… услышав ее однажды, когда только начала работать сиделкой. Ей запомнилось, как эти утешительные слова произнес друг семьи покойного, она тогда решила, что они невероятно мудрые. Теперь Маргарит думала, что они трагичные. Трагичные для нее… потому что сама она не жила хорошей жизнью. До сих пор ее жизнь нельзя было охарактеризовать как полноценную. Жизнь просто… была. Череда проходящих дней, один за другим.

 Осознание этого факта ускользало от нее… теперь же стало понятно, как много времени ей осталось. Достаточно, чтобы пожить хорошей жизнью. Полноценной жизнью. Она сложила ставшие вдруг холодными руки перед собой, не глядя на только что покинувшую их миссис Данбери, лежащую в своей кровати, и проклиная мадам Фостер, которая вдруг заставила ее посмотреть на все иначе.

 Зрелище смерти мгновенно охладило Маргарит, оказало свое воздействие. Как никогда ранее ощущалось, что из ниоткуда может дотянуться рука и схватить ее.

 - Ты лгунья! – задохнулась мисс Данбери. – Лгунья! Я надеюсь, ты умрешь, ты страшное создание!

 Изогнув губы в холодной усмешке, Маргарит повернулась и вышла из комнаты. В самом темном уголке ее сердца шевельнулось чувство, что она очень удивится, если желание мисс Данбери в скором времени не принесет плоды.

 Это случилось гораздо позднее, после того как Маргарит удалилась к себе. Гробовщик пришел и ушел. Все было сделано. Мисс Данбери не было нужды справляться о делах, так как эта задача лежала на Маргарит. Она хорошо знала гробовщика и, со свойственной ей энергичностью, могла ускорить решение некоторых вопросов, при этом делая вид, что в кончине вдовы Данбери нет ничего необычного.

 С усталым вздохом Маргарит упала в кресло возле окна, выходившего в маленький дворик, расположенный за богадельней. За последние несколько месяцев эта комната ей очень полюбилась, вернее, вид, который открывался из окна. Даже попав в плен подступавшей зимы, деревья выглядели красиво, их ветви качались на ветру, немногие оставшиеся листья цеплялись за них с завидным упорством.

 Ее глаза плавно закрылись, навалилась дремота - настигли потери последних дней. Неожиданно раздался стук в дверь, и Маргарит встревожено вскочила, приведя в порядок юбки, прежде чем открыть дверь экономке.

 - Миссис Ханниган, - приветствовала она. – Вам что-нибудь нужно?

 - Нет-нет, дорогуша. Извините, что побеспокоила. Я знаю, был долгий день, тяжелое испытание, и вы взяли на себя основную тяжесть боли мисс Данбери - не все из нас понимают это. Но сегодня утром пришло письмо, - она вытащила конверт из передника. – Я подумала, вы захотите взглянуть на него сейчас. Может быть, это от одной из ваших подруг, - она пожала своим пухлым плечом. – Надеюсь, оно вас немного утешит.

 У Маргарит отлегло от сердца, когда она схватила хрустящий конверт. Письмо от Фэллон или Эви, безусловно, поднимет ей настроение. Обе ее подруги были счастливы в браке… вели полноценную жизнь. Обойдясь без традиционных ухаживаний, они нашли свою любовь, и замужество принесло им благополучие.

 - Благодарю вас, миссис Ханниган.

 - Спокойной ночи, дорогуша. Увидимся утром.

 Маргарит кивнула, и на этот раз улыбка на ее лице была не такой вымученной и менее жесткой.

 - Спокойной ночи.

 Снова оставшись одна, она опустилась на кровать. Трясущимися от волнения руками разорвала конверт. Может быть, Фэллон вернулась в Лондон? Тогда можно было бы на несколько дней остановиться у нее, подыскивая новую работу, и отойти от событий последней недели, как от страшного сна, который будет меркнуть и бледнеть, пока не полностью не забудется.

 Сердце сжалось, стоило лишь взгляду остановиться на странице. Она не узнавала почерк. В самом деле, каракули были почти неразборчивыми. Маргарит прочла следующее:

«Маргарит,

 Это письмо, вероятно, повергнет тебя в шок. Должно быть, ты была уверена, что все эти долгие годы я пренебрегал тобой. Позволь заверить тебя, что это не так. Я содержал тебя через Пенвич, со всей ответственностью присматривал за тобой, как любой, исполненный сознания долга, отец. До этого момента я не полагал нашу встречу необходимой. Осмелюсь предположить, что ты можешь не согласиться, но надеюсь, что ты все-таки передумаешь. Даже если ты не хочешь познакомиться со мной, подумай о своих сестрах. Они так долго хотели встретиться с…»

 Письмо задрожало в ослабевших пальцах Маргарит, и выпорхнуло, как мотылек. Остальные слова касались деталей, как связаться с отцом - у нее перепутались мысли.

 Отец хотел встретиться с ней? Она фыркнула. Вряд ли! Он не соизволил увидеть ее за все то время, когда они с матерью влачили скромное существование в маленькой деревушке.

 Несколько раз в год мать оставляла дочь на попечение соседей, чтобы отправиться в Лондон, в постель к своему любовнику. Маргарит не помнила, чтобы мать когда-нибудь присела рядом с ней и объяснила цель своих поездок, но она почему-то всегда это понимала. В Лондоне жил ее отец. Это не было тайной. Экипажи, которые прибывали, чтобы забрать мать, принадлежали ему. Мать всегда возвращалась улыбающейся, с новым гардеробом и куклами для Маргарит. Заплатив своей честью.

 После смерти матери один из экипажей, которым она пользовалась, прибыл, чтобы сопроводить Маргарит в Пенвичскую школу для добродетельных девочек.

 До сих пор отец не удосуживался познакомиться с ней лично. Она не видела причин знакомиться с ним и сейчас.

 Он был прав. С ним она встречаться не желала. Но… сестры?

 По сей день она считала себя одинокой. Нервно прикусив губу, Маргарит наклонилась поднять послание. Что это – правда или фикция? Уловка, чтобы привести ее к дверям отца? И почему он хочет увидеться именно сейчас? У него было достаточно возможностей при жизни матери. Возможность существовала и когда Маргарит училась в Пенвиче, страдая от одиночества до восемнадцати лет. Даже на Рождество он не посылал за ней. Сирота во всех смыслах и отношениях.

Сестры. На сердце потеплело. Откинувшись на кровать, она легла на бок и подтянула ноги к груди, чувствуя себя уже не такой покинутой, будто слегка оттаявшей от сознания, что где-то там у нее есть семья. Сестры, которые, вероятно, захотят с ней познакомиться.