- Мам, - прервала поток очередных напутствий, - я не глупая и все понимаю. Ты думаешь, я там у нее дверь с ноги открывать буду и заваливаться, как к себе домой? Не переживай так, все хорошо будет!
Я улыбнулась, а у самой на душе кошки скребут. Меня ждет неизвестность, а это пострашнее любой бури, от которой хотя бы знаешь, чего ожидать.
- Не подведи меня, прошу, - останавливается и серьезно говорит мама, - не хочу пожалеть о своем решении, что отпустила тебя одну в большой город.
***
Мы стоим на перроне. Вдвоем с мамой. Отцу даже не сказали, что я уезжаю. Когда мы с сумками выходили из дома, этот алкаш дрых без задних ног, и на все ему было пофигу. Думаю, он даже моего отсутствия не сразу заметит. Мой поезд уже прибывает, так что у нас есть еще минут десять на то, чтобы просто побыть вместе.
- Точно все взяла? – озабоченно проверяет мама, - Вдруг чего-то не хватает? Надо так, чтобы там потом не покупать. Лишних денег нет.
- Мам, точно, не суетись. Смотри, сколько сумок. Я даже не знаю, как мне их потом тащить, - с печальным вздохом протянула, осматривая четыре дорожные сумки и рюкзак. Мы сразу положили все вещи, в том числе и зимние, чтобы мама лишний раз потом не платила деньги за доставку вещей.
- Ой, господи… - она прижала ладонь ко рту и прикрыла глаза. Поморщила, начала пускать слезы и отвернулась от меня.
- Мааааам, - ну все, начались сантименты!
- Не могу…
- Мама, перестань! Мы же с тобой не на века прощаемся, я приеду на каникулах.
Пытаюсь развернуть ее к себе и обнять. Но теперь уже и мне тяжело сдерживать себя. Чувствую соленую жидкость, что стекает по щекам. Как она тут будет без меня? А как с отцом быть? Он ее с ума сведет.
- Дочка моя, Кирочка, не могу поверить, что ты у меня стала такой взрослой, - лепечет мама, швыркая носом, - буквально через два дня ты окажешься в огромном городе без друзей и знакомых. Как ты там будешь?...
- Мама, прекрати, все! – кто-то из нас должен, наконец, взять себя в руки, - Со мной все будет отлично! Я буду учиться и работать. И тебе буду помогать деньгами, обещаю!
- А вот это ты брось! – вмиг посерьезнела она, пока я рукавом кофты вытираю слезы, - Об учебе в первую очередь думай, а не о работе. Наработаться за свою жизнь ты еще успеешь. Понял меня?
Активно закивала и слышу – объявили о прибытии моего поезда.
- Все, пора, - изрекла я, подхватывая две сумки и надевая рюкзак на одно плечо.
Мама взяла две другие сумки, и мы пошли к моему вагону.
- Курицу постарайся в первую очередь съесть, чтобы не испортилось, - пошли наставления напоследок, - ни с кем не знакомься в поезде, а то мало ли! Чтобы обязательно мне звонила на каждой остановке!
- Я поняла. Хорошо.
- Тетя Рая встретит тебя, я сообщила ей номер поезда и когда прибывает. Я думаю, найдете друг друга, не заблудишься.
- Хорошо, мам, - я улыбнулась с безграничной теплотой.
Я отдала билет проводнице и занесла сумки.
- Поезд отправляется! Просим всех пассажиров войти в вагоны!
- Все, мамуль, я поехала. Люблю тебя сильно-сильно и целую!
- Пока, доча. Люблю тебя!
Мы в последний раз обнялись, поцеловались, и я вошла в поезд. Смотрю в окно, мама машет мне платком и плачет. На мгновение мне стало тоскливо. Но как только мой родной город скрылся за горизонтом, я испытала необычайное облегчение. Да, все правильно. Все происходит так, как и должно быть.
***
Москва встретила меня удушливой жарой. На небе ни облачка, а температура давит свыше тридцати градусов. Еле спустила свои пожитки с поезда на перрон Ленинградского вокзала. Просить кого-то из незнакомых мужчин было неловко. Да и небезопасно это, подумают еще, познакомиться хочу, а мне оно надо? Так-с. А теперь надо найти тетю Раю. Мама сказала, она с длиннющими пепельными волосами. А таких волос не часто можно встретить. Значит, ошибиться я не должна.
Кстати, насчет мамы. Быстро отправляю ей СМС, что доехала, все нормально, и сейчас ищу тетю. Ответ приходит незамедлительно. Мама тут же перезванивает.
- Мам, ну ты чего звонишь, роуминг же! – начинаю я с главного, пока у нее там все деньги со счета не снялись.