Когда Джейми видела правду в его глазах, слёзы жгли её собственные. Она запустила руки Данте в волосы.
– Из твоего рта выходят красивые слова.
Данте улыбнулся, но не мог расслабиться, пока не услышит как она говорит, что не покинет его.
– Это значит, что ты прощаешь меня, даёшь возможность всё исправить?
Джейми протяжно выдохнула.
– Думаю, да.
Его тело омыло облегчение, напряжение спало и оно обмякло. Данте завладел её губами, впитывая в себя её вкус, переливая потребность в ней в рот Джейми. Процеловал дорожку вниз по подбородку к шее, утопая в её запахе. Потёрся щекой об её щёку, желая, чтобы её запах остался на нём, а его – на ней.
– Но не прощу за то, что обнимал ту суку, – рыча, добавила Джейми.
Когда губы Данте расплылись в улыбке, он порадовался, что она этого не видит. Он понимал, что она не найдёт в своей ревности ничего забавного… и чертовски сексуального, между прочим.
– И не думай, что я не знаю, что ты улыбаешься.
Данте поднял лицо и прикусил её губу.
– Детка, это улыбка облегчения.
Джейми усмехнулась.
– Так и знала.
– Клянусь, что всё изменится, – произнёс он серьёзным голосом.
Джейми не была так положительно настроена, даже несмотря на хорошие намерения Данте. Но в отношениях важно и плохое принимать хорошо, верно? Данте заявил, что ставит её превыше работы, но Джейми не хотела его об этом просить. Он был ей очень небезразличен, чтобы причинять ему боль.
Может, с правильным отношением всё со временем изменится.
– Я не против помочь тебе с делами Беты, если ты, конечно, хочешь.
– Помочь?
– Я знаю, что твоя голова забита делами, которые требуется сделать, и понимаю, что это лежит большим грузом на твоих плечах. Большую часть утреннего времени я работаю в питомнике, но дневное время у меня свободно.
Горло Данте сжалось от эмоций.
– Ты бы потратила его на меня?
– Я не говорю, что считаю, будто ты не справляешься с работой, – быстро проговорила Джейми на случай, если он собирается обидеться. – Просто предлагаю помощь.
– Даже если это значит, что иногда и тебе придётся задерживаться допоздна?
– Если считаешь, что тебе это поможет, то да.
Данте ушам своим не верил. Вместо того, чтобы поставить ультиматум, Джейми предложила помощь в работе. Эта женщина поражала его настолько, что словами не описать. Он снова обрушился на её губы, скользнул языком в рот и сплёлся в танце с её языком, целуя жадно, почти яростно. Данте охватило неистовое желание оказаться внутри неё. Потребность ощутить как она сжимает его, ставит метку и кончает.
– Это значит, что тебе нравится моя идея с помощью? Можешь считать меня своим секретарём или кем-то вроде.
На лице Данте появилась шаловливая улыбка.
– Тебе не стоило этого говорить. У меня от твоих слов возникают грязные мыслишки о том, как я трахаю тебя на столе в своём кабинете. – Она подняла ногу, обвила ею Данте за талию, и он застонал и вжался бёдрами между её бёдер.
Джейми усмехнулась.
– Как будто я бы тебе это позволила!
Придыхание в голосе противоречило словам, но это была вина Данте, который продолжал раскачиваться в очень соблазнительном ритме. Джейми всё ещё чувствовала возбуждения от того, чем они занимались ранее, и это ухудшало ситуацию. Она любила заниматься сексом.
– О, позволила бы, – протянул Данте, жарко дыша ей на ухо. – И тебе бы понравилось. Понравилось бы, когда я нагнул бы тебя и стянул джинсы, чтобы увидеть твою великолепную задницу. – Задрав платье до талии, Данте сорвал с неё трусики и скользнул пальцами между влажными складками. – Я бы проверил, что ты возбуждённая и влажная для меня, прямо как сейчас. А затем сделал бы вот так. – Джейми вскрикнула, когда Данте вошёл в неё двумя пальцами. Господи, как же она в этом нуждалась. Когда Данте прикусил и всосал кожу на шее, медленно трахая её пальцами, Джейми застонала. Он продолжал медленные и неглубокие толчки, которые заставляли её стонать, но не позволяли кончить. Вот таким он был засранцем.
– Я бы входил пальцами и выходил, входил и выходил до тех пор, пока ты бы не могла уже это выдерживать. – Свободной рукой Данте расстегнул ширинку и потёрся головкой члена между складочками Джейми. – А затем… я бы трахнул тебя так, словно ты мне принадлежишь. Потому что так и есть. – Данте вынул пальцы и медленно скользнул в лоно членом, желая, чтобы Джейми ощутила каждый его дюйм, пока он погружается глубже и глубже. Никогда ощущение не было таким потрясающим – жарко, влажно и так узко. Он был уверен, что никто в мире не имел таких ощущений. – Моя. Вся моя, – проговорил Данте ей в губы.
– Данте.
– Ш-ш-ш. Детка, я о тебе позабочусь. – Он медленно вышел и резко вошёл.
Данте хотелось двигаться медленно, но…
– Чёрт, мне это нужно.
И он начал двигаться глубокими, резкими толчками. Зарычал. Эта потрясающая женщина принадлежала ему. Это тело, которое он постоянно жаждал, принадлежало ему. Данте остановился на мгновение, чтобы встать на колени и закинуть ноги Джейми себе на плечи, чтобы толчки были глубже с каждым жёстким движением. Он знал, что вскрики, рвущиеся из горла Джейми, были смесью наслаждения и боли. Данте знал между ними грань и давал ей то, что Джейми хотела.
Удивлённый всхлипом Джейми, Данте прикусил её сосок через платье. Он жёстко всасывал и кусал его снова и снова.
– Данте, я сейчас кончу.
Отлично, потому что и ему долго не продержаться. Не тогда, когда им ещё овладевала паника от того, что он едва её не потерял.
– Укуси меня, детка. Жёстко. – Откинув голову назад, она впилась зубами Данте в плечо, прямо через футболку. Он зарычал. – Да, вот так.
Джейми ощущала отчаянную потребность в его движениях, потому что то же самое испытывала к нему. Отчаянное желание воссоединиться, убедиться, что всё хорошо. Ощутив, как Данте впился когтями ей в бёдра, оставляя собственнические метки, она зарычала. Её не удивило, когда он зажал её волосы в кулак и жёстко потянул.
Возражение доминантному самцу, помечающему тебя, когда он считает, что ты принадлежишь ему, чревато неприятностями. Но Джейми нравились трудности.
– Моя, Джейми. Никто больше не трахнет эту киску. Она принадлежит мне… ты принадлежишь мне. Признай. – Когда Джейми промолчала, он сильнее потянул её за волосы. – Признай или я сейчас же прекращу и кончу на тебя.
– Ты такой чёртов придурок?
– Признай!
– Я твоя, – процедила Джейми.
– Вот это моя девочка. – Он прикусил её шею и Джейми кончила, сжавшись вокруг его члена, крича и подрагивая. С громким, грудным рыком Данте кончил в неё, наполняя всем, что имел… помечая её, наряду с когтями и зубами, ещё и семенем.
И в этот момент Данте понял, что близок к тому, чтобы влюбиться в эту женщину… если уже не влюбился.
Глава 12
В следующие несколько недель Данте сделал всё возможное, чтобы убедить Джейми, что работа для него не важнее неё. Он сделал всё, как обещал: передавал больше обязанностей стражам (которые были этому рады и полюбили Джейми за то, что она заставила его "увидеть свет"), выделил равноценное время на то, чтобы быть наедине с Джейми и каждую ночь возвращался к ней в одно и то же время.
Это изводящее ощущение постоянной занятости время от времени его поддразнивало, но всё, что ему приходилось делать, это напоминать каково себя чувствовать, когда Джейми пытается разорвать их отношения. Поэтому это изводящее ощущение стало шумом на заднем плане. Данте отказывался проходить снова через то, через что прошёл, отказывался по-настоящему её потерять.
Вероятно, адаптироваться оказалось бы куда сложнее, не сдержи Джейми обещание помогать ему после полудня. Поначалу эта помощь давалась сложно, потому что со вторым поваром на кухне – к тому же, создающим беспорядок – Данте было неудобно, но в итоге её помощь повергла его в настоящий шок. Джейми взяла на себя частные встречи с членами стаи, у которых были жалобы, и они действительно предпочитали с этими вопросами обращаться к ней. Данте считал, что всё это в основном из-за того, что она уделяла каждому полное внимание и, вероятно, у них складывалось впечатление, что их жалоба дойдёт до адресата.