─ Ох, Небеса, что вы делаете?! Положите ребенка на место!
Амелия распахнула глаза и в шоке уставилась на стену, напротив, на которой играли тени. Тени двух парней стоящих у кроватки ее дочери. Тени двух парней, за спинами которых раскинулись большие крылья. Крылья как у ангелов!
─ Наставник!
─ Ох, ладно, какой ты собственник, ─ недовольно буркнул Анджело и осторожно положил ребенка в кроватку. Его тень на стене вторила его движениям. А затем сдвинулась в сторону кровати. Резко закрыв глаза Амелия почувствовала как на ней поправили одеяло и ласково заправили за ухо прядь.
─ Пойдемте, нам пора.
─ Да-да.
Когда тени на стене исчезли, Амелия резко подскочила на кровати, разворачиваясь и замерла. В ее окне стоял парень. Длинные темные волосы, перехваченные резинкой у шеи, отливали синим в свете луны, а голубые глаза, не отрываясь, смотрели на нее. За спиной у него раскинулись два черных крыла.
─ Красивая девочка. На тебя похожа.
Улыбнувшись, парень тряхнул крыльями, создав такой привычный для нее шорох, и шагнул в темноту. Подскочив с кровати, Амелия бросилась к окну, вглядываясь в ночную пустоту, но не находя искомого. С губ сорвался разочарованный вздох, и она хлопнула по подоконнику, наткнувшись ладошкой на что-то мягкое. Опустив взгляд, она подняла черное перо. Покрутив его в руках, она улыбнулась.
─ Анджело – Ангел.
***
─ Милая, в чем дело? ─ Амелия присела на корточки перед заплаканной дочерью, только что вернувшейся из школы.
─ Марта Ленкинс сказала, что я уродина и со мной никто не хочет дружить, ─ прохныкала Энджи.
─ Ох, милая, ─ Амелия стянув с дочери рюкзак селя на пол, притягивая ту к себе на колени. ─ Не верь никому, кто говорит тебе что-то подобное. Ты у меня самая красивая, самая нежная, самая чуткая девочка на всем белом свете, ─ она нежно улыбнулась, заправляя за маленькое ушко светлую прядь. ─ Она просто тебе завидует и поэтому так говорит.
─ Правда? ─ шмыгнув носом, Энджи доверчиво уставилась на маму.
─ Конечно. Ведь даже если у тебя нет настоящих друзей, сейчас у тебя есть тот, кто всегда и везде с тобой. Тот, кто всегда о тебе заботится. Это твой незримый друг. И Марте Ленкинс завидно, потому что ты такая особенная и у тебя есть друг, которого нет у нее.
─ Правда? ─ Энджи радостно улыбнулась, вытирая щечки от слез. ─ А у тебя был такой?
─ Да, правда, ─ Амелия кивнула. ─ И да, у меня тоже был такой друг. У меня не было друзей и надо мной все смеялись, а потом я узнала, что у меня есть такой друг, которого нет у других. Он был самым особенным и самым хорошим, ─ она улыбнулась заметив как слегка сдвинулась с места ваза с цветами на тумбочке прихожей. ─ Он приходил с шорохом крыльев…
Часть 2. Грешник
Впервые он встретил Амелию в день ее рождения. Наставник привел его в роддом и, указав на девочку, велел оберегать. Тяжело вздохнув и потерев затылок, Мен уселся на стул, смотря на крошечное создание в кроватке. Смотрел и понимал, что, кажется, снова влип. Это был не первый человек, Хранителем которого ему предстояло быть, но это был первый человек, взглянув на которого он понял, что его ждет долгий и тяжелый путь.
Амелия росла непоседливым ребенком, и все время норовила куда-нибудь вляпаться. Мен только и успевал, что ловить ее да подставлять крылья, чтобы, падая, девочка не ушиблась. Она была сплошным наказанием, но ровно до тех пор, пока в пять лет у нее не пропало зрение.
Тогда он впервые поссорился со своим наставником, который запретил ему возвращать Амелии зрение. Мен бушевал, требуя разрешения и негодовал, зачем ему дана такая сила, если он не может помочь ребенку. И именно тогда, получив первый выговор, Мен понял, что привязался к Амелии.
Когда ей исполнилось шесть лет, ему пришлось впервые материализоваться, чтобы отвадить от слепой девочки наглого мужика. Тот сначала пытался возражать, но вид размахнувшихся за спиной белых крыльев, создавших мощный поток воздуха, заставил его замолчать и поспешить убраться. Мен кляня себя за несдержанность, отвел девочку к родителям и поспешил исчезнуть, прежде чем его кто-то заметил. Но с тех пор Амелия стала чуть более внимательно относиться к внезапной помощи.
Тогда он снова получил выговор за то, что показался и заговорил с человеком.