— В Италии я купил пару плантаций и основал свой винодельный бизнес, а теперь поставляю хорошее итальянское вино в твои будущие магазины, — улыбнулся он. — Здесь же, пока ты будешь обучаться ведению бизнеса и вникать в дела, планирую расширять производство твоих родителей. Открываю сеть ресторанов, ночных клубов и баров.
— А разве ты имеешь на это право?
— По бумагам я официально твой опекун. Впрочем, об этом лучше расскажет адвокат, который вскоре подойдёт.
***
Визит адвоката произвёл на Риту двоякое впечатление: с одной стороны она была рада, что её родители настолько преуспели в своём бизнесе и смогли оставить ей накопленный капитал, а с другой…
«Как я буду со всем этим управляться? А вдруг я не пойму ничего? Не справлюсь? Вдруг… подведу их ожидания?»
Подводить было некого, но ей постоянно казалось, что они находятся рядом, наблюдают за ней.
Рита закрыла лицо руками. Сейчас, когда она оказалась одна, когда дверь её комнаты закрылась за Игорем, стало легче. Не нужно ни перед кем держать маску, боясь, что та упадёт и разобьётся. Даже перед тем же Игорем, чей пристальный взгляд она во время разговора с адвокатом постоянно ощущала на себе.
Казалось, будто он присматривается к ней, оценивает её и делает какие-то свои выводы. Это смущало и нервировало. Но теперь, оставшись в одиночестве, девушка могла поразмыслить над всей той информацией, что свалилась ей на голову.
— Доля ваших акций составляет 65 процентов, — проговорил адвокат, протягивая ей бумаги. — Остальные 35 принадлежат Игорю Александровичу… До возраста, указанного в распоряжении, он будет исполнять обязанности владельца компании. Когда Вам исполнится 28 лет, Вы займёте эту должность.
«Папа… Мама», — достав из чемодана семейное фото, Рита долго всматривалась в их счастливые лица. Тогда они ещё не знали, что их ждёт. Тогда и она сама была совсем другим человеком.
Кто сказал, что люди не меняются? Глупости всё это. Ещё как меняются. Вся её жизнь перевернулась после того случая. Будто что-то умерло внутри, а что осталось живо, превратилось во что-то такое, чему она никак не могла дать названия…
Ей было стыдно признаться, но она не испытывала никакого желания возглавлять родительский бизнес. Но и поверить в несчастный случай, который унёс жизнь родных, Рита тоже не могла и не хотела.
«Пусть я не собиралась сюда возвращаться и пыталась всё забыть… Видимо, не судьба, и какие-то высшие силы хотят, чтобы я разобралась со смертью родителей. Если я войду в их мир, то возможно, смогу узнать, почему они погибли, и кто к этому причастен».
Она поставила фотографию на стол, затем вытащила книги, косметику, одежду… Стоило смириться с тем, что теперь этот дом — и её тоже.
«Но прежде нужно ещё кое-что сделать».
Рита достала телефон, задумчиво посмотрела на него и набрала знакомый номер.
***
— Детка! Я ждал твоего звонка!
— Привет, Максим, — произнесла Рита. На том конце провода что-то шумело, кажется он был на улице или в торговом центре.
— Как ты там? — в голосе её парня звучала улыбка. — Когда обратно?
— Я… боюсь, что ещё не скоро… — выдавила из себя Рита.
— Да? Может мне приехать? У тебя там всё в порядке?
— Да… Знаешь, много что поменялось… В общем, нам надо расстаться… — пробормотала девушка.
— Что?! Ты меня бросаешь?! Как ты можешь? Ты с ума сошла?!
— Я… — Рита прикрыла глаза, слушая голос разъяренного Максима. Она понимала, что это будет непросто. Но ей нужно оборвать все старые связи, которые тяготили её.
— Прости меня, — произнесла она быстро. — Дело не в тебе, а во мне. Прощай.
— Ты ещё об этом пожалее...— последнее, что она услышала прежде, чем нажать на красную кнопку.
«Надо было всё объяснить ему…» — Рита тяжело вздохнула. Ей всегда было тяжело расставаться с парнями. Чаще всего она сама прерывала отношения и не могла припомнить такого случая, чтобы всё зашло очень далеко. Хотя намёки ей часто делали, даже тот же Максим, несмотря на свою скромность, признавался, что не против перевести их отношения в горизонтальную плоскость, сделав их на уровень серьёзнее.
Но Рита отказывалась. В порыве гнева он называл её холодной стервой, но затем, когда запал злости проходил, извинялся. Рита не обижалась на него, понимая, что он прав. После смерти родителей она так и не смогла подпустить к себе кого-то. Слишком силён был страх потери. Слишком сильны были прежние чувства к Игорю — теперь она это понимала.