«Отвернись и поднимайся в комнату», — приказала себе Рита. — «Это не твоё дело. Они уже взрослые люди, а ты… А тебя это не касается».
Она медленно развернулась, но тут услышала удивлённое:
— Рита?…
Не желая больше слышать этот голос и видеть его обладателя, взлетела наверх по лестнице.
«Не ходи за мной, не ходи за мной, не…»
Заперлась на ключ, сбросила сумку на кровать и застонала, обхватив лицо руками. Закрыла ладонями глаза, пытаясь стереть то, что увидела.
Опустилась на пол рядом с кроватью. Внутри, около сердца и солнечного сплетения, ворочалось что-то злое, ядовитое и острое. Оно мешало дышать, рвалось наружу, но Рита усилием воли сдерживала его в себе. Иначе — будет совсем плохо. Иначе — она заорёт на весь дом, выскочит из спальни и сделает то, что хотела сделать, едва только увидела, как Игорь целует и обнимает Леру, как любит её.
Руки опустила, сжала в кулаки, представляя, как наматывает белокурые пряди и — р-раз! — головой о ближайшую горизонтальную поверхность! Чтобы мозги встали на место! Р-раз! — чтобы не брала чужого! Чтобы кровь из носа! И чтоб глаза расширились от страха и боли!
«Но нет. Я не имею права».
Рита встала. Она не понимала, как ещё держится на ногах. Как не проронила ни единой слезинки. И не закричала, не ударилась в истерику. Наверное потому, что понимала: это ничего не изменит. У Игоря всегда были и будут женщины, с этим придётся смириться.
«Надо…» — она тяжело выдохнула из себя, кажется, весь воздух, собираясь с мыслями. — «Надо съехать отсюда. Знала же изначально, что это плохая идея.»
Оглянувшись, Рита подавила в себе желание застонать. Настоящим домом это место ей так и не стало. И вещей личных в комнате было мало. Поэтому она первым делом бросилась к шкафу, покидала вещи на пол, скинула с полок книги, достала из-под кровати не до конца разобранный чемодан и быстрыми нервными движениями начала засовывать туда вещи.
— Рита?
Она замерла, услышав тихий голос Игоря.
— Я знаю, что ты здесь. Открой.
Рита молча покачала головой. Открывать не хотелось, она не понимала, что ему сказать, как объяснить свою реакцию. Потому что Игорь, скорее всего, удивлён — как может она, уже взрослая девушка, так взрываться, видя его с другой, пусть даже застав в такой интимный момент.
— Открой, или я выломаю эту чёртову дверь!
Быстрыми движениями Рита засунула последние вещи в чемодан. Вцепилась в него, со страхом ожидая неизбежности. Послышался хруст ломающегося дерева. Дверь, содрогнувшись под напором мощных ударов, распахнулась настежь, заставив Риту с криком отскочить в сторону.
На пороге стоял Игорь, одетый лишь в свободные шорты. Сузив глаза он смотрел на Риту. И по-видимому, был очень зол.
Рита съёжилась, глядя на его мощную фигуру. Она вцепилась в чемодан и шагнула назад. Игорь посмотрел на багаж, и его взгляд потемнел.
— Куда собралась? — мягко спросил он, наступая на неё.
— Поживу у бабушки, — насторожённо глядя на Игоря проронила Рита. Она взглянула ему за плечо, прикидывая, как можно будет обойти его. Но затея была провальной, потому что отпускать её он, судя по всему, не собирался.
— С чего бы это? — вкрадчиво промурлыкал он. — Ты мне ничего не говорила об этом.
— Эта мысль только сегодня пришла мне в голову, — соврала Рита. Она старалась вести себя спокойно. И не хотела, чтобы он слышал, как дрожит её голос. Со всем этим давно пора было закончить, поэтому девушка покрепче ухватилась за ручку чемодана и твёрдо взглянула в его немыслимо синие глаза.
— Мне пора, — произнесла она, шагнув мимо него. Но он перехватил её.
— Ты никуда не пойдёшь, — сжал её пальцы.
Рита поморщилась — хватка была сильной, даже чересчур. Игорь вздохнул и привлёк её к себе.
— Ну что такое? — спросил, мягко оглаживая её подбородок большим пальцем. — Ты нас увидела и обиделась? Мне так неловко, поверь, но я не хочу, чтобы ты из-за какой-то детской ревности или чего-то подобного уезжала.
Рита дёрнула подбородком, уязвлённая его словами. «Всё верно, я, похоже, так и осталась для него сущим ребёнком».
— Чего я там не видела? — ухмыльнулась она жёстко. — Мы взрослые люди, и я всё понимаю. Просто, вам не следовало трахаться в зале.
Игорь приподнял бровь и холодно улыбнулся, словно понял, что она намеренно использовала именно такое грубое слово, описывая то, чем они с Лерой занимались в зале.