— А что за бизнес такой?
— Да я откуда знаю! Мне без разницы! Знаю только, что бизнес совместный…
— Ну ты даёшь…
— Кать, — сложила руки на груди Рита. — Я что, обязана всё знать? Мне пофигу!
— Ну да, ну да… Легкомысленная ты, Ритка…
— Я? — Вскинулась Рита. — Почему же?
— Ну, потому что, — развела руками Катя. — Надо взрослеть, что ли, уже… Одиннадцатый класс, как-никак, заканчиваешь…
— Ну и что? — Рита хихикнула и легла на диван. Раскинула руки в стороны, подняла ноги вверх, помотала ими в воздухе. — Я могу себе позволить! У меня моя бабулечка есть! И родители! Я за ними всеми как за каменной стеной! Я не чувствую себя взрослой…
***
Рита открыла глаза. В комнате стало совсем темно. Чёрные тени воспоминаний таились по углам, шевелились, шептали что-то…
Чертыхнувшись, она встала, включила свет в комнате. Тени мгновенно исчезли, как и комок в горле. Рита зажмурилась от неожиданности, прошла пару шагов и споткнулась. Полетела через стоящий посреди зала чемодан. Упав на колени, опустила голову.
Тишина оглушала.
— Что я вообще здесь делаю? — спросила она. Стукнула кулаком по чемодану и медленно поднялась на ноги.
«Ладно, раз уж я здесь… Делать нечего», — угрюмо подумала она. Оттащив чемодан к стене, со злостью пнула его и взвыла. Несколько томов «Войны и мира», «Унесённых ветром» и «Властелина Колец» утяжелили кладь, сделали её твёрже.
Ушибленный палец заныл. Рита сжала губы в тонкую полоску и на одной ноге поскакала в ванную, стараясь не расплакаться.
«Черте что и сбоку бантик!» — сердито подумала она, вставая перед зеркалом. Отражение показало бледные обкусанные губы с болячками, тёмные круги под глазами, копну каштановых волос, в которой порой путались и ломались расчёски; острый носик, тонкие брови и длинные ресницы. Со вздохом покрутилась около зеркала, показала самой себе язык и попыталась улыбнуться.
Улыбка вышла натянутая. Глаза не улыбались.
Еще раз вздохнув, она прекратила попытки.
Эти дни были для неё тяжёлыми. Не успела осознать, что учёба в университете окончена, и вот она, свобода! — как раздался роковой звонок от бабушки. Та даже слышать ничего не хотела, а просила, просто умоляла приехать.
Рита не смогла ей отказать.
Потому что ударом под дых стали слова о том, что она совсем забыла про родителей. Но как она могла забыть, если постоянно помнит?
Помотала головой, отгоняя навязчивые мысли, включила холодную воду и ополоснула лицо. Не в её правилах впадать в уныние и надолго задерживаться в этом состоянии. Надо поскорее прийти в себя и узнать, что всё-таки хотел от неё Игорь.
Первым делом Рита приняла душ. Смыв с себя дорожную пыль ещё некоторое время стояла под тёплыми струями. Вода лёгкой рукой сняла усталость, вдохнула новые силы.
На душе стало немного легче. Квартира уже не казалась такой пугающе-знакомой. Те воспоминания, которые она всё время заминала в себе, отступили, перестали давить на сознание. Дышать стало легче. Наконец Рита смогла мыслить спокойнее.
«Что же ему от меня нужно?» — она закусила губу и в задумчивости уселась в кресло. Его появление выбило у неё почву из-под ног, напомнило то, о чем она давно запретила себе думать.
Игорь… он и раньше был привлекательным. А сейчас, став старше, возмужал, заматерел… Рита вспомнила, как с грацией сытого хищника он прошелся по квартире, окинул ее ленивым теплым взглядом…
Внизу живота заныло, и она свела бедра вместе, чувствуя, как щеки горят от румянца, а внутри все пылает огнем…
«О чем ты думаешь, прекрати!» — осадила сама себя, а затем усилием воли отодвинула крамольные мысли в сторону. Но тут же снова закусила губу, вздохнула прерывисто — его образ никогда не оставлял ее. Даже когда она училась в университете.
***
Рита не помнила, когда влюбилась в него. Наверное это произошло в какой-то из тех дней, когда родители были еще живы, и она была сопливой избалованной девчонкой. Тогда Игорь еще носил волосы до плеч, старые потертые джинсы, и не был так баснословно богат. Тогда она еще звала его по имени, не прибавляя ненастоящего «дядя».
Он часто приходил к ним домой. Рита помнила домашние посиделки с родителями на кухне, его неизменную спутницу — гитару. Родители любили его голос, а она все чаще и чаще засматривалась на его руки. На то, как нежно Игорь проводил по гитаре ладонью, как медленно перебирал струны, настраивая инструмент.
Рите нравилось наблюдать за ним. В какой-то момент она поняла, что может часами смотреть на то, как он играет. Его глаза становились ласковые-ласковые, и тогда можно было просить о чем угодно.
В какой момент ей вместо конфеты захотелось его поцелуя?