Роэн улыбнулся, но взгляд оставался мрачным.
— Так или иначе, каждые несколько веков это случается снова. Такое несчастье. Лорд Килберн, который убил Алхимика, задушил свою несчастную Матильду… предположительно.
— Предположительно?
— Некоторые утверждают, что на нее напал оскорбленный слуга. Другие говорят, что она повесилась после того, как потеряла ребенка, но Килберн взял на себя вину, чтобы ее похоронили в освященной земле.
— Как печально!
Он покачал головой и вздохнул.
— Третий герцог предположительно столкнул жену с крыши замка.
— Предположительно?
— Порыв ветра. Неровные камни. Она могла споткнуться.
— Будем надеяться, что это было именно так.
— Седьмой герцог обнаружил свою жену в объятиях лучшего друга и, как мне ни жаль признаваться в этом, застрелил обоих. И это совершенно точно.
— Какой ужас! — Немного помолчав, она с дьявольски коварным блеском глаз добавила: — Но по крайней мере ваше проклятие должно отпугнуть охотниц за титулами и золотом. Просто блестяще! Какой идеальный план, чтобы удерживать всех мамаш, мечтающих пристроить дочерей, на почтительном расстоянии. Идеальный предлог.
— Прости… не понял… — удивленно пробормотал он.
— Теперь мне понятно, как вы ухитрились все это время оставаться холостяком. Просто гениально! Я только хотела бы знать, вы сами это сочинили или получили по наследству от предков? Должно быть, это вечная проблема всех холостых герцогов.
— Вы считаете, что это все выдумано? — воскликнул он.
— Разумеется. Не можете же вы всерьез рассказывать о подобных вещах! — Она еще громче рассмеялась. — Как, должно быть, это их мучило! Надменные дебютантки, которые давно задумали поймать вас в свои сети… достаточно ли они храбры, чтобы презреть проклятие Килбернов? Поверьте, я вас понимаю. Без подобной сказки вы просто не имели бы ни минуты покоя, бедняжка! Но некоторых девушек такие вещи привлекают еще больше! Готические романы сейчас в большой моде, и проклятия — настоящий шик!
Роэн нахмурился и взял десертную ложку, ничуть не задетый ее неуместным весельем.
— Вы задали вопрос. Я на него ответил. Никто не просил вас верить.
— Прекрасно. Потому что я не верю. Это вздор! — добавила она с улыбкой до ушей. — Я не настолько простодушна, как некоторые.
Он едва верил, что она сидит здесь и смеется над ним, ужасным, устрашающим Зверем. Ей следовало побледнеть, затрястись и в страхе бежать.
Не сказав ни слова, он съел кусочек чизкейка и запил глотком вина.
— В чем дело?
— Ничего, — проворчал он.
— Неужели вы действительно в это верите?
— Конечно, нет, — смущенно выдавил он.
— Верите! — ахнула она. — Призраки, проклятие и все такое. О Господи!
Он отбросил салфетку.
— Поэтому вы стараетесь не приезжать в замок! Я слышала, как контрабандисты на это жаловались! Судя по виду, вы не боитесь сцепиться с самим дьяволом, а какой-то дурацкий призрак…
— Я не боюсь призраков! — объявил он.
Но она только улыбнулась, и Роэн неожиданно для себя рассмеялся. Черт возьми. Она его обезоружила!
— Я всего лишь немного суеверен! Мертвые герцогини, возможно, жаждут отомстить нынешнему герцогу. И как бы вы чувствовали себя на моем месте?
— Не тревожьтесь, Роэн. Я сумею защитить вас от призраков.
— Маленький пересмешник! — укоризненно воскликнул он, почти желая перепрыгнуть через стол и заглушить ее смех крепким поцелуем. — Видите эти лимонные меренги? — спросил он, показывая на буфет. — Я влеплю их вам в физиономию, если не перестанете смеяться!
— Промахнетесь!
Он жадно оглядел ее.
— Лучше ешьте свой торт или что там еще и попытайтесь быть хорошей девочкой.
— Это немецкая яблочная слойка с кремом, к вашему сведению. Вы пробовали? Восхитительно! Вот.
Она перегнулась через стол и скормила ему кусочек из своей ложки.
Он не преминул бросить ленивый взгляд на ее декольте, но открыл рот и губами коснулся ложки.
— Мм. Действительно вкусно.
— Я же говорила!
— По-моему, вы упоминали, что у вас в животе больше нет места для сладкого.
— Я стараюсь попробовать всего понемножку. Кроме того… — Она съела еще крошку. — В сундуке с одеждой, который ваши слуги мне принесли, не было корсета, так что можно спокойно объедаться.
Роэн мгновенно встрепенулся и обвел взглядом ее фигуру. Вернее, ту ее часть, что виднелась над столом.
— Хотите сказать…
— Совершенно верно, ваша светлость.
Кажется, ей нравится над ним издеваться!
Она съела еще кусочек слойки. Роэн наблюдал за ней со странным восторгом.
Боже, как она его бесит! Непредсказуемая смесь невинности и страсти. Умна, остроумна, и он ценит ее тонкий юмор, но еще больше она ему нравится вот такой. Открытой. Расслабившейся.
Без корсета.
Она словно сама отбрасывала свет, играющий в хрустальных бокалах. Может быть, унаследовала какую-то частичку магии своего древнего предка?
У Роэна было такое чувство, будто он обречен. Что между ними растет странная, непредвиденная связь и он не знает, что с этим делать.
— Снова смотрите на меня, ваша светлость?
— Я только что решил, что вы скверная девчонка. И мне это нравится.
Кейт пожала плечами:
— Вы сказали, что мы празднуем. Так или иначе, это ваша вина. Если хотите, чтобы я себя прилично вела, не стоило заставлять меня пробовать так много вин.
— Но зачем мне этого хотеть? — тихо спросил он.
— Хм… — Она пальцем поймала бусинку влаги, сползавшую по бокалу, и поднесла к губам.
Черт, от одного этого жеста плоть его отвердела!
— Роэн… — промурлыкала она, и кровь забурлила в его жилах.
— Что, Кейт? — спросил он едва слышно.
— Не можем ли мы поговорить о серьезных вещах?
Он глянул в ее глаза, с усилием отодвигая похоть вместе с десертной тарелкой.
— Думаю, что стоит.
— У меня много вопросов.
— У меня тоже.
— Правда?
Он кивнул, готовясь к сложной шахматной партии.
— Вы можете кому-то дать знать, что вы в безопасности?
— Нет. У меня никого нет. — Она покачала головой и вздернула подбородок. Не хватало еще, чтобы он ее жалел!
— Но должен же быть кто-то…
— Никого, — резко перебила она. — И я хочу знать, что сказал Питер Дойл.
Она вызывающе смотрела ему в глаза. Он понял, что она снова выпустила колючки и не собирается отступать.
— Я была права? — настаивала она. — Они продают женщин богатым негодяям?
— Нет.
Кейт прищурилась:
— Уверены?
— Совершенно. Вы единственная, кого похитили.
Она нахмурилась и медленно отвела глаза.
— Но… но это означает… что я стала мишенью их преступных планов.
— Да.
В ее глазах засветилась тревога.
— Но почему?
— А это вы мне скажите.
— То есть как? — недоуменно пробормотала она.
Он помедлил, прежде чем зайти с другой стороны.
— Питер Дойл, похоже, считает, что это каким-то образом связано с вашим отцом.
— Но это невозможно! — ахнула она. — Мой отец мертв. Вот уже десять лет как мертв!
— Вы точно это знаете?
— Разумеется. Что за странный вопрос!
— Не обидитесь, если я спрошу, как он умер?
— В море. Он был капитаном торгового судна. И возвращался из Индии. Его судно попало в ужасный шторм. Недалеко от мыса Горн. Почему вы так на меня смотрите?
— Как именно? — спокойно спросил он.
— Словно считаете, что я лгу.
Он откинулся на спинку стула и сложил руки.
— Скажите мне кое-что. Что вы думаете о заявлении Питера Дойла, будто ваша фамилия — Фокс?
Нахмуренные брови разгладились. Глаза стали огромными и очень печальными.
Он не мог не заметить, что она не попыталась скрыть свои эмоции. Все было написано у нее на лице, но ни один агент прометеанцев никогда этого не допустит.
Кроме того, не бывает таких хороших актрис, особенно после трех бокалов вина.