— Что за хрень? — спрашивает он, а я просто смотрю. — Серьезно. Я начальник твоей службы безопасности. Ты никогда не уходишь без меня.
Выходить одному — безрассудно, а я не из тех, кто действует безрассудно. Но мне нужно было пойти за ней.
Он переводит взгляд с меня на мотель.
— Мы собираемся разобраться с кем-то внутри?
— Не в том смысле, о котором ты думаешь. Её зовут Лулу Монро. Она новый бармен. И с этого момента она больше никогда не будет одна. Сегодня ночью я останусь здесь и присмотрю за ней, но с завтрашнего утра я хочу, чтобы за ней наблюдал один из наших людей. Издалека.
Люк хмурится.
— Почему?
— Потому что я, блядь, так сказал. Она моя. Никто ее не тронет.
Его брови взлетают вверх.
— Очень смешно. И ты идёшь пешком.
— Я тебя не брошу.
Я раздраженно вздыхаю и сажусь на водительское сиденье. Люк обходит машину и садится на пассажирское сиденье.
— Если ты останешься здесь на всю ночь, то и я тоже.
— У меня встреча в восемь утра.
Он бросает взгляд на часы.
— Это через четыре часа.
Я не отвечаю.
— Ты сегодня еще более раздражительный, чем обычно.
— Займись её охраной. Сейчас же.
— Да, босс.
Он вздыхает и достаёт телефон, а в окне гаснет свет. Мои руки сжимаются на руле.
Она лежит в постели в отвратительном мотеле в неблагополучном районе Вегаса. К черту это. Она должна быть в роскоши — в моей постели, обнаженная и готовая для меня.
И ты скоро так и будет, мой маленький светлячок.
Ты создана, чтобы принадлежать мне.
9. Роум
Я просмотрел вчерашние записи с Лулу со звуком, и прослушал ее разговоры со Скарлетт, Ритой и Лавленд. Она несколько раз упоминала, что не знает, сколько ей платят, и, судя по мотелю, в котором она остановилась, ей нужны деньги.
Я этим займусь.
Однако мне нужно поговорить с Лавленд, моим генеральным менеджером, потому что прошлой ночью она все сделала неправильно.
У меня была, блядь, долгая ночь без сна. Мы с Люком проторчали на парковке того гребаного места до семи, пока не приехал наш сменщик Бруно, чтобы я смог вернуться домой, принять душ и подготовиться к своему охренительно загруженному дню.
— Где она? — спрашиваю, как только вижу имя Бруно на экране телефона.
— На шоппинге, босс, — отвечает он.
Я хмурюсь, когда он называет мне название дешевого универмага, и провожу рукой по лицу. Вполне логично, что она делает покупки именно там, но, опять же, это будет в последний раз.
Откуда ты взялась, мой Светлячок? И почему ты здесь, в Вегасе, с таким скудным багажом, когда заслуживаешь всего мира?
И кто, чёрт возьми, тебя обидел, потому что только последние синяки — от ограбления.
Почему я так очарован ею? Почему у меня такое сильное желание сделать ее своей?
Я не знаю, и это не имеет значения. Я увидел ее и понял, что она принадлежит мне. Потом услышал ее голос, мягкий, как виски, и в груди у меня защемило.
Она коснулась меня и тем самым предрешила свою судьбу.
— Она все время оглядывается, — продолжает Бруно.
— Ты не попадаешься ей на глаза?
— Конечно, но она чего-то боится.
Я сжимаю зубы. Я хочу знать о Лулу Монро всё.
— Держи меня в курсе, — говорю ему. — Она собирается пойти в клуб пешком сегодня вечером. Пусть идет. Просто следуй за ней.
— Это неблизко, босс.
— Я знаю.
Я смотрю на время. До начала смены Лулу остаётся три часа. Всего три часа, и я снова её увижу. Я бы приказал своим людям установить камеры в ее паршивом номере в мотеле, но после сегодняшнего она там больше не останется, так что это пустая трата времени.
— Не спускай с нее глаз. Увидимся, когда придете.
Я заканчиваю разговор как раз в тот момент, когда Лавленд входит в мой кабинет и закрывает за собой дверь. Она подходит к креслу напротив меня, садится и закидывает ногу на ногу.
— Ты вчера облажалась, — говорю я ей.
Она тяжело сглатывает, но не сводит с меня глаз.
— Ты даже не сказала ей, сколько она будет зарабатывать?
— Я не ее менеджер.
— Нет, но Рита была завалена работой, и ты это знала. Я сказал тебе её нанять. Это включает оформить её документы, рассказать ей о льготах и зарплате и заняться всей остальной хернёй, которая с этим связана. Ты здесь почти десять лет. Какого чёрта?
— Ты прав, и за эти десять лет ты ни разу не угрожал убить меня за то, как я выполняю свою работу.
Я прищуриваюсь, но она не отступает.
— Я никогда не слышал, чтобы ты с кем-то разговаривал так, как с ней. Никогда. Мы нанимаем людей любых форм и размеров, и ты это знаешь.