— Ты милая.
Я выглядываю из-за пальцев и вижу, что Роум — точнее, мистер Александер — лежит на спине, закинув руки за голову, и смотрит на меня с усмешкой.
— Что?
— Очаровательная. И, кстати, сегодняшняя смена у тебя не последняя.
— Клянусь, ты был здесь, когда мы об этом говорили, перед тем как я уснула.
— Был. Здесь ты в безопасности, Элоиза.
Элоиза. Почему моё имя так чертовски сексуально звучит из его уст?
— Я ценю ваше предложение, мистер Александер, но…
— Роум.
— Хм?
Он садится, откидывая одеяло до пояса, и я снова любуюсь его татуировками.
— Ты зовешь меня Роумом. Когда мы здесь, или в клубе, или где бы то ни было еще, ты используешь мое имя. Поняла?
— Эм, ладно.
— И второе: теперь ты здесь живешь.
Я качаю головой, но он обхватывает мое лицо ладонями и наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб.
Боже, у него такие красивые губы.
— Ты хочешь сказать, что предпочла бы жить в том тараканьем кузове, который называешь мотелем?
— Я нашла там только одного таракана, — сообщаю я ему, но он не смеется. — Нет, мне там не понравилось.
— Видишь?
— Нет, не вижу.
— Я тебе объясню. Ты будешь жить здесь, в моем пентхаусе. Со мной. Будешь продолжать работать барменом внизу.
— Меня что, держат в плену?
Он хмурится, выглядя искренне оскорбленным.
— Конечно, нет. Но если ты выйдешь из здания, возьми с собой охрану. Пока я не поговорю с твоим отцом.
— Тогда я пас. — Я отстраняюсь и встаю с кровати. — Если ты собираешься говорить с моим отцом, я ухожу. Ни за что.
— Думаешь, после всего, через что он заставил тебя пройти, я буду стоять в стороне и позволю ему уйти безнаказанным?
— Мой отец — влиятельный человек, и я не стану подвергать опасности ни тебя, ни кого-либо другого. Если один из его головорезов нашел меня, значит, скоро будут и другие. Мне нужно уходить.
Он встает и поворачивается ко мне лицом, проводя рукой по темным волосам.
— Ты тоже имеешь дело с влиятельным человеком, Элоиза. Твой отец меня не пугает.
А должен бы. Меня он пугает до чертиков.
— Я не шучу, Роум.
Внезапно его лицо становится суровым, и мне становится трудно дышать. Черт, он устрашающий.
— Я тоже не шучу, Светлячок. Те трое мужчин, с которыми ты познакомилась раньше? Мы вчетвером — Короли Вегаса. Мы управляем этим городом. Твой отец отправил своего человека на нашу территорию. Уже за одно это нам есть о чём поговорить.
Он подходит ко мне, протягивает руку и касается моей щеки, что сразу меня успокаивает.
— Вдобавок ко всему он причинил тебе боль и угрожал. Он за это поплатится.
— Я ушла из одной организованной преступной группировки и попала в другую. Ты это хочешь сказать?
Он разочарованно вздыхает.
— Я никогда не причиню тебе вреда. Здесь ты в безопасности, Элоиза. Обещаю.
— Почему ты называешь меня Светлячком?
Он наклоняется, и, кажется, собирается поцеловать меня. Мои бедра сжимаются, и я облизываю губы в предвкушении.
Но затем он просто снова целует меня в лоб.
— Потому что могу, — Роум уходит, оставляя после себя холод. — Шелли будет здесь в семь.
Я хмурюсь.
— Кто, черт возьми, такая Шелли?
— Персональный стилист. Тебе нужно больше одежды.
С этими словами он закрывает дверь в ванную, а я могу только смотреть ему вслед.
Я словно в альтернативной вселенной.
18. Лулу
Я в одиночку уминаю целую пиццу — настолько голодна, — когда в пентхаус входит женщина, толкая перед собой две стойки с одеждой, а за ней еще одна, тоже с двумя стойками.
Перестаю жевать и смотрю на них. Роум ушел после того, как принесли пиццу, и велел мне чувствовать себя как дома, так что я сижу за обеденным столом в пижаме, скрестив ноги, и вдруг понимаю, что больше не одна.
— Ты, должно быть, Лулу, — говорит женщина номер один с лучезарной улыбкой. — Я Шелли. А это моя сестра Шейла.
Теперь, когда я присмотрелась, я вижу, что они близнецы.
— Привет, — отвечаю, откладывая в сторону кусок пепперони. — Вы рано.
— Я знаю, — говорит Шелли, откидывая рыжую прядь волос с глаз, — но мистер Александер сказал, что тебе нужно на работу к девяти, и я хотела дать тебе побольше времени. Мужчины не понимают, сколько это может занять.
— Приятно познакомиться, — машет рукой Шейла.