Когда мужчины заканчивают есть, они все улыбаются и машут мне, но я знаю, что никто не посмеет ко мне прикоснуться.
И меня это устраивает.
— Я Спайдер, — говорит крупный лысый мужчина. У него татуировки на лице и пирсинг в губе, но улыбка самая дружелюбная. — Я второй у Карсона. Спасибо за ужин.
— Не за что. Будьте осторожны сегодня вечером, ребята.
Они шаркают к входной двери, но Роум задерживается. Когда все уходят, он заключает меня в объятия — Скарлетт остается единственной зрительницей — и целует как следует.
— Спасибо, — шепчет мне в губы.
— Не за что.
Он отстраняется и направляется к выходу.
— Хорошего вам отдыха в спа, дамы.
И с этими словами уходит. Скарлетт смотрит на меня с открытым ртом.
— Это сейчас правда произошло? — спрашиваю ее.
— Кажется, да, — она тяжело сглатывает. — Хм, у тебя на кухне ужинали все Короли Вегаса.
— Да. Они довольно забавные. И пугающие.
Или, если честно, жуткие. Реакция Скарлетт гораздо естественнее моей. Я что, уже не чувствую опасности?
— И, кстати, Люк по тебе с ума сходит, подруга.
Она моргает.
— Что? Нет.
— Он не мог оторвать от тебя глаз.
— Ни за что. У меня даже сиськи не торчат, и я без макияжа и всего остального.
— Не думаю, что его это вообще волнует. Ты ему тоже нравишься.
Она покусывает нижнюю губу.
— Можно мне еще брауни?
Я смеюсь и накладываю нам обоим.
— Мы можем съесть все, что осталось.
30. Роум
— Твоя девушка умеет готовить, — говорит Карсон, когда мы идем к ожидающим нас внедорожникам.
— Пофлиртуй с ней еще раз, и тебе конец.
Ублюдок ухмыляется.
— Да ладно тебе. Ты же знаешь, я бы ничего такого не сделал. Даю тебе свое одобрение.
Я бросаю взгляд в его сторону.
— Я так рад получить твое благословение. Ну что, готов запугать дерьмового отца моей женщины?
Улыбка сходит с его лица, и на смену ей приходит неприкрытая ярость.
— Всегда готов. Давайте сделаем это.
Мы вчетвером, как обычно, едем в разных внедорожниках. Риццо согласился встретиться с нами, но мы находимся в эпицентре чертовой войны, так что нужно быть готовыми ко всему. С нами едет отряд из сорока человек, и я безоговорочно доверяю каждому из них.
— Наши парни на позициях и готовы, — сообщает мне Люк, когда я сажусь на заднее сиденье своего внедорожника. — Риццо там. С ним восемь человек.
— И это все?
Люк пожимает плечами.
— Похоже на то.
Я качаю головой, чувствуя, как ярость пульсирует в венах, пока я вспоминаю каждое слово, сказанное мне Светлячком ранее на кухне.
Он не просто издевался над ней.
Он, блядь, мучил и истязал её двадцать три года.
Я не собираюсь просто убить его. Это слишком легко для такого куска дерьма. Нет, я оставлю его в живых надолго и заставлю молить о смерти. Но даже после этого я не дам ему покоя.
Ему лучше наслаждаться каждым днём своей свободы, потому что скоро ей придёт конец.
Мы останавливаемся у склада, который используем для подобных встреч. Наши люди уже получили приказ окружить территорию, а пятнадцать человек должны войти внутрь вместе с нами. То, что у Риццо с собой восемь человек, не значит, что он не отдал аналогичные приказы своим.
Мы можем оказаться в эпицентре полномасштабного сражения.
Прежде чем выйти из машины, я проверяю оба своих пистолета и ножи на поясе.
Джулиан, Матео и Карсон уже наготове, когда я присоединяюсь к ним, и мы вчетвером входим в дверь бок о бок.
Риццо небрежно прислонился к ящику, скрестив руки на груди. Его темные волосы зачесаны назад, а взгляд жесткий и расчетливый. Наши люди входят следом за нами.
— Вот вам и «дружеская встреча», — усмехается он.
— У нас не дружеские отношения, — Джулиан берет слово первым. Риццо думает, что мы здесь из-за его нападения на порт Джулиана. Мы не собираемся рассказывать ему о местонахождении Элоизы. — Ты сам об этом позаботился, когда убил моих людей и обокрал меня.
Риццо качает головой. Ему нет и пятидесяти, он всего на десять лет старше нас, но разговаривает так, будто все вокруг — дети.
Чертовски раздражает. Я хочу всадить один из своих ножей ему прямо в глотку. Это было бы так просто. Так быстро.
Слишком быстро.
— Джулиан, я не знал, что порт принадлежит тебе.
— Чушь собачья, — презрительно усмехается Матео. — Об этом знает все Западное побережье. Ты решил, что можешь творить что хочешь и тебе это сойдет с рук.