Я также научилась делать простой макияж, чтобы не привлекать внимание солдат моего отца. Я ненавидела, когда они пялились на меня.
И какое вообще имеет значение, что он обо мне думает? Он больше не имеет права голоса в том, что я делаю. И в свои двадцать три года я чертовски вовремя это поняла.
Расправив плечи, выхожу из уборной и подхожу к администратору. Я никогда раньше не была в клубе, где есть администратор.
— Я могу вам помочь?
Передо мной высокая блондинка с ярко-красной помадой и идеальным смоки-айс, и на ней почти ничего нет. Чёрные кожаные ремни крест-накрест опоясывают её тело, стратегически прикрывая те места, из-за которых её могли бы арестовать.
На самом деле выглядит круто, и мне даже хочется иметь такую смелость, чтобы надеть что-то подобное.
— Здравствуйте, можно ли поговорить с менеджером бара? Меня интересует должность бармена.
Ее брови удивленно взлетают вверх, а красивые голубые глаза скользят по моему торсу, но она все же берет со стола рацию.
— Конечно. Как тебя зовут, милая?
Я открываю рот, но потом вспоминаю, что не могу назвать ей свое настоящее имя. Все будут искать Элоизу Риццо.
— Лулу, — отвечаю я. — Лулу Монро.
По крайней мере, так написано в моем удостоверении личности. Я оставила своё прозвище в качестве имени — мне ведь нужно откликаться, когда ко мне обращаются, — а фамилию полностью сменила. Слава богу, грабители оставили мне кошелёк. Они забрали только наличные, а потом ещё раз пнули меня, потому что у меня не оказалось кредитных карт.
Ублюдки.
Она поднимает устройство и говорит в него.
— Мадам Лавленд, здесь женщина хочет поговорить с вами. Она интересуется вакансией бармена.
Вакансией бармена. Значит, она у них есть?
Может быть, мне все-таки повезет.
Из устройства доносится голос.
— Сейчас спущусь. Спасибо, Скарлетт.
Я улыбаюсь Скарлетт, и она улыбается мне в ответ.
— Могу дать тебе совет? — спрашивает она, наклоняясь чуть ближе, словно собирается поделиться секретом.
— Конечно.
— Расстегни верхние пуговицы, выправь рубашку и завяжи ее под линией бюстгальтера. Покажи немного живота.
Я удивленно поднимаю бровь.
— Серьезно?
— Да. Поверь мне.
— Я не слишком… фигуристая для этого?
— Да ладно тебе, у тебя потрясающее тело, — отвечает она, и я не могу сдержать смешок.
Никто, ни разу в жизни, не называл мое тело потрясающим.
Но она работает здесь, а значит, ей виднее.
Как только я заканчиваю делать то, что она говорит, открывается дверь, и в комнату входит самая красивая женщина, которую я когда-либо видела в своей жизни.
Стоп. Она не идет.
Она... скользит.
В черных сапогах на шпильке ее рост должен быть больше 180 см. На ней обтягивающее белое платье, подчёркивающее фигуру «песочные часы» и почти не скрывающее её огромную грудь.
Ее блестящие чёрные волосы идеально прямые и падают на плечи, обрамляя угловатое лицо с чёткими скулами, носом и подбородком.
Темно-карие глаза осматривают меня с головы до ног, прежде чем она протягивает мне руку с красными ногтями.
— Я мадам Лавленд, — говорит она.
— Лулу, — отвечаю и пожимаю протянутую руку. — Надеюсь, у вас есть вакансия бармена.
— Посмотрим, — Она кивает и отворачивается. — Пройдемте, пожалуйста, в мой кабинет.
Я оглядываюсь на администратора, которая поднимает вверх большой палец и ободряюще улыбается — она мне нравится, — а затем следую за мадам Лавленд через дверь, где мне приходится моргнуть, чтобы глаза привыкли к тусклому освещению. Бра на стене освещают пространство, но свет от них мягкий, и обои здесь серо-чёрные.
Здесь... богато. Все здание выглядит роскошно. Черт возьми, здесь даже пахнет экстравагантно. Кожа и виски с нотками цитрусовых.
Она ведет меня через еще одну дверь, закрывает ее за собой и жестом предлагает мне сесть, а сама устраивается за столом.
— Где вы услышали о вакансии?
— О. — Я быстро моргаю. — Честно говоря, я не знала, что у вас есть вакансия. Я зашла в надежде, что она может быть.
Она прищуривается, и мне кажется, что я сделала что-то не так. Как будто она мне не верит.
— Ты случайно зашла в наше заведение?
— Да. — Я не опускаю взгляд. Возможно, она самая впечатляющая и устрашающая женщина из всех, кого я встречала, но я давно научилась держать себя в руках в любой ситуации.