Ричард бросает на мачеху хмурый взгляд.
— Невероятно, но о ней мы расскажем в следующий раз. Эмилия немного смущается — все-таки для нее это очень волнительный момент. Правда, милая? — И он подносит мою руку к губам, чтобы оставить на коже невесомый поцелуй. Затем возвращает ладонь на место, но не разрывает прикосновения.
Я сглатываю. Так сильно хочется пить, что свободной рукой хватаюсь за бокал с шампанским. В три глотка осушаю почти до конца и тут же жалею о содеянном: король смотрит на меня с прищуром, так, будто я заядлая алкоголичка.
— Свадьба должна состояться до коронации, ты в курсе? — обращается Эдуард Второй к старшему сыну. — Если считать грубо, то у тебя недель шесть, не больше. Через месяц я объявлю о том, что складываю полномочия, а максимум через два должна пройти коронация. Вот и считай.
— Не вопрос, отец. — Ричард ведет себя уверенно, но я замечаю, как еле заметно дергается его кадык. — Как ты сам сказал, жениться по любви — это совершенно особенное удовольствие.
Я даже рада, что ко мне практически не обращаются. Что бы здесь ни происходило, я, очевидно, оказалась не в том месте и не в то время. Черт бы побрал эту сломанную дверь.
Но как мне уйти отсюда? Драма королевской семьи волнует меня в последнюю очередь. Я не собираюсь плясать под дудку незнакомого мужчины, даже если это самый настоящий принц. Пусть разбирается со своими проблемами самостоятельно, а я займусь решением своих. Остается только поймать момент и улизнуть…
— Простите? — Задумавшись, я, кажется, пропускаю вопрос.
Лилиан терпеливо повторяет:
— И где вы планируете жить после свадьбы? Я уже давно говорю Эдди, что Ричарду пора завязывать с этой холостяцкой берлогой в "Пятом сезоне". Не пристало королю жить в отеле, правда, Ваше Величество?
— Конечно. Думаю, тут даже обсуждать нечего.
Я открываю рот и тут же его закрываю, потому что не знаю, что сказать. В какую бы игру Ричард ни играл со своей семьей, пускай разбирается со всем сам.
— Ну, предмет для обсуждения все-таки имеется... — возражает принц.
Дальше я снова упускаю нить разговора, потому что ловлю на себе любопытный взгляд младшего принца. Уильям озорно улыбается.
— Что? — спрашиваю я одними губами, и парень мотает головой. Он просто наслаждается этим цирком, пригубив уже, кажется, второй бокал вина в моем присутствии.
— ...конечно же, в курсе, что в ближайшие несколько лет должна будет забеременеть? — доносится до меня обрывок фразы.
Я замираю. Ладно меня без меня собираются выдать замуж, но тут, похоже, намечаются интересные повороты.
— Думаю, это не тема для обсуждения на первой встрече, отец, — говорит Ричард.
Его рука уже перебралась на мое колено и совершает мягкие поступательные движения.
— Согласен, приношу свои извинения. Кстати, Эмилия, из какой вы семьи? Возможно, я знаю вашего отца.
Я посылаю Леопольду у дальней стены сигнал SOS глазами, но официант только разводит руками.
— Господин Дранингбаум — человек новых денег, — снова объясняет за меня Ричард. — Он не так давно заработал свое состояние на…
Мужчина теряется, и я рефлекторно прихожу ему на помощь:
— Попкорне.
Король в задумчивости поглаживает свою козлиную бородку.
— Что ж, и правда, сейчас совершенно другие времена, и знать, если только между нами, совсем разленилась. Мало кто хочет получать настоящую профессию. Все стараются выжать по максимуму из фамильных денег, оставляя своим потомкам все меньше и меньше. Так что, признаться, дельцы вызывают у меня только уважение.
— А как же автомеханики? — усмехается Ричард, глядя на отца с вызовом.
Тот мрачнеет всего на мгновение, а затем резко смягчается.
— И автомеханики тоже, конечно же. Любая профессия — это труд, а труд — налоги в государственную казну. Если бы я не уважал какую-то профессию, то был бы глупцом. Как и ты.
Я отдаленно вспоминаю что-то про то, что королева Лилиан выросла в небогатой семье. Похоже, колкое замечание ревнивого принца относилось именно к этому факту ее биографии. Я думала, что во всяких ток-шоу преувеличивают, когда говорят, что тема Беатрис де Виллер до сих пор является во дворце яблоком раздора.