— Как предсказуемо, — бросаю я, усевшись за руль.
Уильям отпивает алкоголь из фляжки и ухмыляется:
— От некоторых клише никуда не деться.
Мы гоним по трассе под музыку, льющуюся из колонок. Я собираюсь купить платье у Ванессы, подружки Ричарда, потому что знаю, что она подберет мне лучший вариант из имеющихся, и, возможно, с ней удастся договориться насчет цены, если сумма окажется заоблачной.
Я лихо паркуюсь напротив магазинчика и улыбаюсь Уиллу.
— Сейчас вернусь.
— Остынь, сестричка, — бормочет парень, — иначе пар из ушей повалит.
Но я не собираюсь остывать.
Я впервые в жизни уверена, что поступаю верно. Идеальных людей нет. У меня такое огромное количество закидонов, что даже страшно! Вот и Рич страдает из-за своих демонов. Но мне плевать на его недостатки. Боже, да ведь мне действительно все равно на его прошлое, на всех тех женщин, что у него были. Я просто хочу, чтобы теперь он был моим. Чтобы он смотрел на меня так, как смотрел вчера в саду. Чтобы он так же хрипло повторял мое имя. Снова и снова. День и ночь.
Я люблю его.
Улыбка не сползает с моих губ, когда я перебегаю через дорогу, и мне так и хочется закричать на всю улицу, что я счастлива, что я наконец нашла того человека, ради которого готова сворачивать горы!
Я подлетаю к магазинчику Ванессы, хватаюсь за ручку и уже собираюсь потянуть на себя дверь, как вдруг замечаю за стеклом Ричарда.
Легкие сдавливает. Я замираю и наблюдаю за тем, как Ричард поглаживает Ванессу по щеке, как он широко улыбается ей, над чем-то смеясь. А потом он притягивает ее к себе, касается губами ее губ и…
Я отворачиваюсь.
Резко.
В бреду.
Испуганно.
Пытаюсь осознать, что только что случилось, но не получается. Неужели я только что видела, как Ричард поцеловал Ванессу? Он же говорил, что они всего лишь друзья, что между ними ничего нет...
Но тогда какого черта этот кретин забыл в магазине Ванессы, если сейчас у него совещание с министрами? Выходит он… обманул меня?
Глаза щиплет от слез. Быстрым шагом я возвращаюсь к машине и рывком прячусь в салоне. Уильям переводит на меня недоуменный взгляд.
— Эй, — растерянно бросает он, — что с тобой сл…
Договорить он не успевает. Я вырываю фляжку у него из пальцев и делаю глоток. Горло тут же обжигает горечь, но зато глаза теперь не так горят от слез. Я крепко зажмуриваюсь, пытаясь сдержать рвотные позывы.
— Ты в порядке? — искренне волнуется младший де Виллер, но я понятия не имею, что ему сказать. Я не в порядке. Мне не хорошо.
Все разрушилось к чертовой матери!
Выпрямившись, я отдаю фляжку Уильяму и завожу машину. Раз уж мне не придется перевоплощаться на дне рождении короля в идеальную Эмилию Драннингбаум, перевоплощусь в неидеальную Эмилию Портер.
— Что происходит? — не унимается Уильям, и тогда я холодно отрезаю:
— Пристегнись.
Передача. Педаль газа.
Мы срываемся с места навстречу концу нашим с Ричардом отношениям.
32. РИЧАРД
Я нет-нет да поглядываю на массивные напольные часы из красного дерева, думая о том, что Эмми должна была спуститься вниз уже десять минут назад. Она опаздывает или… передумала?
Святые, все мои бесчисленные интрижки обернулись тем, что я стою и потею, как школьник, из-за девчонки, на которую бы несколько месяцев назад даже не посмотрел. Впервые в жизни мой статус не решает совершенно ничего.
— Ты весь искрутился, — обеспокоенно замечает Алекс. — И если хочешь начистоту, то я вообще тебя в последнее время не узнаю.
— Я сам себя не узнаю, — говорю я, а сам гипнотизирую широкую лестницу, покрытую красным бархатным ковром.
Алекс касается моего лба, проверяя, нет ли у меня горячки.
— Ты уверен, что цыпочка тебя не приворожила? Не пойми неправильно — она вполне себе ничего. Но или это, или моего лучшего друга захватили инопланетяне. Выбирать особо не приходится.
— Да пошел ты.
— Нет, серьезно, Рич, в последний раз ты так убивался по Ванессе, когда она пошла в университет, а ты только перешел в восьмой класс. И то, от прежней болезни не осталось и следа.